В Киеве в КВЦ «Парковый» состоялся благотворительный вечер «Птиц Победы», организованный совместно с фондами «Мамино Сердце» и «Мост Добра». Мероприятие собрало волонтеров, дипломатов, общественных деятелей и представителей власти. Среди гостей был третий Президент Украины Виктор Ющенко.

Мероприятие началось с эмоционального танца ветерана ВСУ Артема Мороза и Полины Ищенко. Артем, который потерял обе ноги во время деоккупации Херсона, продолжает служить. На вечере он стал воплощением храбрости и стойкости наших воинов-защитников и украинского народа.

На мероприятии присутствовали и бойцы Superhumans, которые получили протезы благодаря «Птицам Победы». Их истории напомнили, в частности, ради кого работают фонды и волонтеры.

Во время панельной дискуссии говорили о роли благотворительных фондов и бизнеса в поддержке армии и реабилитации военных. Участники подчеркнули, что устойчивость Украины держится сейчас на личном мужестве наших бойцов и технологиях.

«Вкладывайте в причины, чтобы потом не вкладывать в последствия. Вкладывайте в дроны, чтобы потом не вкладывать в протезирование и разбомбленную инфраструктуру», — призвала соучредитель БФ Dignitas Мария Берлинская.

После обсуждения состоялся благотворительный мини-аукцион «Наше единство — наше оружие». На нем собрали 745 тысяч гривен. Среди лотов — флаг с подписью Валерия Залужного, перчатки Александра Усика, марка Кирилла Буданова и гитара Святослава Вакарчука. Средства направят на стабилизационные пункты Keep Life и дроны для штурмовых бригад.

Ведущий вечера Тимур Мирошниченко отметил: «Пока воины держат фронт — мы должны держать тыл. И сегодня это удается благодаря тем, кто не остается в стороне: донорам, организаторам, меценатам, волонтерам — каждому, кто вносит свой вклад».

Финальным аккордом стало выступление группы ВВ: Олег Скрипка исполнил песню «Батько наш Бандера — Украина мати», подытожив атмосферу единства и стойкости, которая стала главным месседжем вечера.

Благотворительный фонд «Зростай в родині» запустил социальный проект, который дает возможность украинцам помочь детям-сиротам, которых после потери родителей воспитывают бабушки и дедушки.

Инициатива получила название «Кошик для родини» и предусматривает формат ежемесячной подписки: благотворители могут выбрать конкретную семью и ежемесячно обеспечивать ее продуктовым набором.

По данным организации, в настоящее время под ее опекой находится более 1700 детей-сирот из 11 регионов Украины. Большинство из них воспитываются пожилыми опекунами, для которых покупка сбалансированного питания на пенсию — непосильная задача. В некоторых таких семьях дедушки и бабушки воспитывают по двое, а то и пятеро детей.

 

View this post on Instagram

 

A post shared by БФ “Зростай в родині” (@infamily.org.ua)

«Мы хотим, чтобы каждый ребенок в Украине, даже оставшись без родителей, имел возможность расти в любви, заботе и с полной тарелкой», — отметили в фонде.

Украинцы, которые хотят помочь, могут «взять под опеку» семью. Ежемесячная помощь зависит от количества детей: 1500 грн — для одного ребенка, 2000 грн — для двоих, 3000 грн — для троих.

Чтобы присоединиться к проекту, нужно заполнить короткую анкету по ссылке на сайте фонда.

30 августа 2024 года убита художница и поэтесса из Харькова Вероника Кожушко. Это ужасная потеря для всей страны. Чтобы сохранить память о талантливой украинке, а также о всех, кто внес весомый вклад в развитие украинской культуры, родители Вероники, Харьковский ЛитМузей и фонд Сергея Жадана инициировали создание премии «Генерация Ника». Она ежегодно будет присуждаться молодым художникам и писателям в возрасте от 16 до 21 года за «творческий дух беспокойства, смелость и неравнодушие».

Для участия в конкурсе принимаются тексты (поэзия или проза), работы живописи, графики и диджитал, созданные на протяжении 2024 года. На сайте премии отмечается, что художникам не обязательно иметь уже опубликованные работы или принимать участие в выставках. Лауреат получит денежное вознаграждение, диплом и статуэтку «Генерация Ника».

Кандидатов на премию могут выдвигать как частные лица и культурные организации, так и сами художники.

Фото: Харьковский ЛитМузей, Благотворительный фонд «Ника Генерация»; Instagram:@vwlerki.ph

Накануне в КВЦ «Парковый» состоялась презентация благотворительного фонда «Фонд Екатерины Осадчей». Он будет работать сразу по двум направлениям – помощь в поиске пропавших и опека над оставшимися без родителей детьми. Объединение этих инициатив проекта в один фонд позволит расширять сотрудничество с государственными органами и привлекать международных партнеров для решения проблем.

«За полтора года существования проекта «Знайти своїх» мы получили и обработали 7818 заявок. Нами найдено 3299 гражданских людей. Первые наши успехи – и мы прыгали от счастья, сейчас это стало системой, и я очень радуюсь, что мы продолжаем помогать и не отчаиваемся. Это очень непростое направление, а сейчас искать людей стало еще труднее. Месяц назад Совет Европы признал гражданский плен преступлением против человечности. Это большой шаг, и дальше мы будем работать над тем, чтобы о гражданском плене говорили больше. Очень важно проводить параллели между Украиной и Израилем. ХАМАС взял в заложники 260 гражданских людей и об этом говорит весь мир, а наших гражданских пленных более 7 с половиной тысяч», – говорит героиня нашей свежей диджитал-обложки Екатерина Осадчая о проекте «Знайти своїх».

Фонд Екатерины Осадчей сотрудничает с фондом «Твоя опора». Обе организации работают над проблемой сиротства в Украине, в частности, покупают жилье для детских домов семейного типа. В настоящее время команда в процессе покупки сразу трех домов для многодетных семей с усыновленными детьми, которые из-за российской агрессии остались без жилья.

«Я не чувствую, что я это сделала. Это сделали все небезразличные украинцы, бизнесмены, фонды. Это большая команда, поддерживающая инициативу. Но я испытываю невероятную радость, что мы можем помогать и шаг за шагом воплощать в жизнь мечты многодетных семей, воспитывающих усыновленных детей», – комментирует Екатерина.

Кроме этого, Екатерина Осадчая с командой также открыла первый пилотный Центр психологической, социальной и юридической помощи детям и родителям разных семейных форм воспитания. Теперь семьи, которые усыновляют детей, будут иметь возможность обратиться за любой помощью к специалистам.

Поддержать Екатерину в этот важный для нее день пришли вице-премьер-министр Ирина Верещук, которая была рядом и помогала проекту все эти полтора года, губернатор Киевской области Руслан Кравченко, телеведущий Тимур Мирошниченко со своей женой Инной, режиссер Мариупольского драматического театра Анатолий Левченко, телеведущий Андрей Бедняков, дизайнеры Катя Сильченко и Эльвира Гасанова, шоумен и по совместительству муж Кати Юрий Горбунов и другие.

Тимур и Инна Мирошниченко
Катя Осадчая и Катя Сильченко
Юрий Горбунов и Катя Осадчая
Катя Осадчая и Эльвира Гасанова
Катя Осадчая и Андрей Бедняков
Руслан Кравченко и Катя Осадчая
Катя Осадчая, Тимур и Инна Мирошниченко
Юрий Горбунов
Катя Осадчая и Екатерина Павличенко
Катя Осадчая и Ирина Верещук
Андрей Бедняков
Екатерина Павличенко
Ирина Верещук
Катя Осадчая и Юлия Вирц
Катя Осадчая
Катя Осадчая
Катя Осадчая
Катя Осадчая
Катя Осадчая
Катя Осадчая
Катя Осадчая
Катя Осадчая

Фото: Александр Демиденко

Благотворительный фонд «За справедливость», который был основан Амаль и Джорджем Клуни в 2016 году, подал три иска в федеральную прокуратуру Германии, требуя расследовать военные преступления российских оккупантов, совершенных в нескольких регионах Украины.

В соответствующей документации содержится детальное описание того, что произошло, и данные о вероятных преступниках. Кроме того, дела содержат показания свидетелей и экспертов, спутниковые изображения, информацию, полученную благодаря OSINT-разведке.

Первый случай касается обстрела ракетами Х-22 поселка Сергеевка в Одесской области летом 2022 года, в результате которого погибли 22 человека и еще 40 получили серьезные ранения.

Второе дело касается пыток и казни четырех местных жителей во время оккупации Харьковщины с марта по сентябрь 2022 года.

Также в прокуратуру были переданы показания о казнях, пытках, сексуальном насилии, мародерстве и других преступлениях во время оккупации Киевской области в марте 2022 года. В деле зафиксированы убийства по меньшей мере 28 человек, пять случаев изнасилования, а также пытки восьми человек.

Если в Германии сочтут доказательства, представленные против конкретных подозреваемых, убедительными, они могут открыть уголовное расследование и выдать ордера на арест, в том числе международные через системы Европола и Интерпола. Ордера на арест будут действительны как в Германии, так и за ее пределами.

Добавим, все три заявления были поданы в прокуратуру Германии, поскольку в немецком законодательстве закреплен принцип универсальной юрисдикции – правоохранительные органы страны могут начать уголовное расследование по факту преступлений, совершенных за пределами Германии вне зависимости от гражданства подозреваемых или потерпевших.

За почти 8 лет работы помощь в «Місті Добра» получили около 5000 мам и более 8000 детей. А после полномасштабного вторжения здесь нашли убежище сотни малышей из детских домов, эвакуированных с временно оккупированных территорий, а также сотни бездомных животных. Марта 24/7 посвящает себя своему детищу, ведь история каждого жителя шелтера для нее – личная.

Об истоках «Міста Добра» и его трансформации на протяжении войны, дружбе с селебрити и собственной семье, пронизительных историях «выпускников» и финансировании фонда – на все эти темы наша наполненная светом героиня откровенно пообщалась с INSIDER.UA, вселив веру в то, что нет ничего невозможного!

О собственной благотворительности в юные годы

Кажется, к «Місто Добра» я шла с рождения – такие идеи не возникают мгновенно. Сама я из маленького городка Рогатин Ивано-Франковской области. Мое детство не было легким, поэтому я понимаю своих подопечных на личном уровне.

С детства мне казалось совершенно неправильным, что некоторые из нас так обделены судьбой, я пыталась таким людям помогать, особенно детям. Все соседи знали меня как девочку, которая дружит с теми, с кем, как говорили, «дружить нельзя». Но я знала, что это хорошие люди. Просто бедные. Когда повзрослела, осознала: отдав конфету или подарив игрушку, беды не решишь.

Тогда у меня были не такие планы на жизнь, помощь другим я рассматривала сугубо как дополнительную деятельность. Сначала в моем окружении сформировалась небольшая волонтерская группа и мы вместе пытались что-то менять в жизни тех, кто нуждался в помощи. Но мы быстро поняли: чтобы реально изменить ситуацию, нужна системная работа, юридическое лицо и понимание, как правильно все организовать.

Так появился благотворительный фонд «Я – майбутнє України» – организация, помогающая детям из малообеспеченных семей. В начале работу для фонда я все еще видела как хобби, но в определенный момент поняла: нужно делать выбор. Если я хочу добиться настоящих изменений, фонд должен занимать большую часть времени и сил. Теперь он занимает почти все время и силы! (смеется)

О создании «Міста Добра»

«Місто Добра» появилось из необходимости. Мы помогали женщинам, которые вынуждены были отдать детей в детский дом из-за домашнего насилия, бездомности или бедности. Но со временем поняли: все курсы, гуманитарная помощь, консультации юристов или психологов не дают соответствующего эффекта, потому что нет первичного условия – безопасного места, где эти изменения смогут войти в жизнь человека.

Так, сначала мы сняли комнату одной девушке, потом такая же потребность появилась для второй и третьей, и тогда мы арендовали первый дом для шелтера. Это был долгий квест, ведь никто не хотел сдавать дом, ухзнав, для чего арендуем. Все говорили: «Хорошее дело, но не здесь…» Спасибо людям, которые первыми поверили в нас!

Мы долго и настойчиво шли к цели построить собственный дом: адаптированный под нужды, без необходимости платить за аренду и без страха, что его когда-нибудь придется освободить. Когда такой дом появился, стало понятно, что нужен еще и еще один… Мы изначально понимали, что наша цель – помогать детям из бедных семей. Многие в Украине, живя в больших городах, даже не представляют, насколько большое количество таких семей в нашем государстве.

Нет более короткого пути к здоровым и обеспеченным всем необходимым детям, чем успешность их матерей.

Мы регулярно получаем запросы о помощи в размере двух-трех тысяч гривен, которые в прямом смысле могут спасти или коренным образом изменить жизнь ребенка. И эта мама борется, собирает буквально по пять гривен, и вдруг, скажем, нужная процедура дорожает и все – шанс упущен. А от этой процедуры зависело, будет ли ребенок слышать, видеть, ходить. Но просто оплата нужд или гуманитарная помощь не меняет общий курс жизни ребенка. Она помогает улучшить здоровье или пережить сегодня или завтра, но не изменяет потенциальное будущее.

Что его меняет, так это благополучие мамы. Нет более короткого пути к здоровым и обеспеченным всем необходимым детям, чем успешность их матерей. Это доказывают многочисленные исследования по всему миру и наш личный опыт: если хотим лучшего будущего для детей, мы должны вкладываться в развитие и образование женщин.

О дружбе фонда с селебрити

В вопросах публичности фонда и его выхода в медиапространство, мы – «неправильный» фонд, потому что делаем все не так, как советуют профессионалы! (смеется) Мы не потратили на свою публичность ни копейки, у нас нет маркетолога или пиарщика, рекламного отдела, мы не покупали никаких эфиров, публикаций или рекламы в информационном пространстве.

Более того, я не очень люблю посещать публичные мероприятия. Хожу, потому что знаю: должна это делать, дабы знакомить людей с нашей деятельностью. Находясь на мероприятии, все время думаю: лучше бы мне быть сейчас в «Місті Добра» или поехать по селам. Наша публичная деятельность – это наши соцсети, мои и фонда. Ну и то, что люди рассказывают друг другу о нас. Считаю, главное – чтобы была настоящая работа, о которой можно рассказать, а кому рассказывать, найдется.

Свою работу с известными украинцами мы начали с совместного проекта с фотографом Дашей Тендитной. Мы снимали детей с инвалидностью вместе с их кумирами в декорациях их мечты. Телеведущая Янина Соколова поливала розы с девочкой, мечтающей стать садовницей. Певец Дмитрий Монатик вместе с детьми превратился в Гарри Поттера, а музыкант Фагот учил своего подопечного быть настоящим байкером. Благодаря этому проекту мы собрали деньги на земельный участок, на котором построили «Місто Добра».

Многие звезды из нашего первого проекта остались с нами, они следят за нашей деятельностью и активно приобщаются. Благодаря Вере Брежневой у нашего третьего корпуса есть крыша, у четвертого – эвакуационная лестница, а также много стульев для кормления малышей.

Многие звезды следят за нашей деятельностью и активно приобщаются к ней.

Благодаря певице Светлане Тарабаровой в скором времени у нас появится общая музыкальная и звуковая система оповещения. Также регулярно поддерживает нас и даёт благотворительные концерты Олег Скрипка. Мы даем возможность каждому делать то, что ему особенно отзывается и формируем с людьми настоящую дружбу, чтобы они могли приезжать в «Місто Добра», как в еще один свой дом.

Как получить помощь от «Міста Добра»

Мамы с детьми попадают к нам самыми разными путями: нас советуют незнакомцы, медсестры в больницах или комментаторы в соцсетях, они находят наш сайт или нам о них рассказывают местные службы, полиция, медики и неравнодушные люди. Путь у всех разный. Мы стараемся не отказывать в помощи. Я просто не могу отказать человеку, который находится в отчаянии.

Попасть к нам просто: обратиться по контактам, указанным в соцсетях или на сайте, и рассказать о своей ситуации. С этого в общем-то и начинается наша работа: выясняем, что именно нужно женщине – гуманитарная или медицинская помощь, или же приют в шелтере. Запрашиваемые документы отличаются в каждом конкретном случае. К нам, бывало, женщины приходили даже без паспорта, и мы помогали. Итак, исходим всегда из того, что у женщины «на руках». Обязательна только справка о состоянии здоровья, отсутствие инфекционных болезней. Если нет возможности ее получить, мы и с этим поможем.

Если мы хотим лучшего будущего для детей, мы должны вкладываться в развитие и образование женщин.

Затем нужно подписать согласие с правилами центра, ведь дисциплина у нас серьезная. Категорически нельзя употреблять алкоголь или курить, нужно работать (помогать на кухне, убираться, заниматься ребенком) и выполнять назначения врачей, психологов.

Каждая женщина имеет индивидуальный план развития, и хотя мы понимаем, что у всех разный темп и разные потребности, бездельничать не даем. Если же мы помогаем вне центра, то проверяем запросы через местные власти, полицию, соседей, можем и священника местной церкви набрать, чтобы получить о семье больше необходимой информации. Наша команда – настоящие детективы. Работать с людьми всегда сложно, но спасает опыт.

Если у нас нет свободных комнат, ищем, где можно поселить женщин. Если к тебе приходит мама вся в синяках, с заплаканными детьми, как тут скажешь: «У нас нет места»? Поэтому мы постоянно растем – есть мотивация помочь как можно большему числу людей. По прибытии в центр мы даем женщинам немного времени на отдых: поспать, поесть, почувствовать себя в безопасности. А мы тем временем знакомимся с семьей и определяем ее потребности.

Сначала, конечно, закрываем срочное: медицинские, психологические нужды, оформление документов. Затем составляем индивидуальный план развития, в зависимости от того, что мешает их нормальной жизни и интеграции в общество: абьюзивные отношения, отсутствие у женщины даже школьного уровня образования и так далее. Решаются эти проблемы очень по-разному. Так что берем этот план и согласно ему работаем. Семья уходит от нас только тогда, когда чувствует готовность к свободному «плаванию».

Все ситуации очень разные. Кому-то надо просто выдохнуть на несколько месяцев, почувствовать поддержку и защиту – и они уже готовы строить свою жизнь сами. А кому-то нужно много времени на получение профессии и навыков самостоятельной жизни. Часто первые несколько месяцев аренды самостоятельного жилья семьи оплачиваем мы, чтобы у мамы было время сформировать резервные средства на будущее. Даже после выпуска мы поддерживаем связь с нашими «выпускниками», которым всегда готовы прийти на помощь.

О трогательных историях «выпускников» 

По состоянию на сегодня около 5000 мам стали «выпускницами» «Міста Добра». Их историй хватит на самый драматичный сериал, в каждой серии которого будут и смех, и слезы, и головокружительные повороты сюжета. Как и все, я люблю истории со счастливым концом. Мне сложно выбрать из них любимые, всех этих женщин люблю, как родных.

Сегодня почему-то вспомнила о Леночке, она – сирота. Ее оставили в роддоме еще младенцам. Она никогда не видела свою маму, выросла в интернате, где была неоднократно изнасилована и унижена. Там ей сказали, что учиться ей все равно не нужно, образование ей никогда не понадобится. Выпустившись, у нее не было ни помощи, ни поддержки, она была одна со своей бедой.

В течение трех лет она скиталась по улицам, пока не встретила, как тогда казалось, свою любовь. Но со временем муж и свекровь стали упрекать ее в том, что она бездомная, без родных, и не ровня им. Муж стал совершать насилие и приводить своих друзей для совместной расправы над женой на глазах детей.

Лене удалось сбежать с двумя дочерьми. Однако это заставило ее снова скитаться по заброшенным домам, скрываясь от унижений и побоев мужа. Чтобы заработать и прокормить детей, она согласилась стать суррогатной матерью. Но вместо помощи получила новые неприятности: клинику арестовали за мошенничество, а Лена получила отказ заказчиков. Идти ей было некуда.

Хочу, чтобы «Місто Добра» жило еще много лет и после меня. Чтобы это место давало любовь и свет на протяжении веков.

Она оказалась в Киеве – одинокая, беременная, в хостеле, с угрозой потери ребенка, без денег и в отчаянии. В больницу ее не брали – не было средств. Но ей удалось вовремя найти контакт «Міста Добра». Благодаря поддержке волонтеров она с детьми приехала в Черновцы и поселилась у нас. Теперь они в безопасности, у них есть дом. Леночка родила третью девочку, которую оставила себе, назвала Даринкой. Старшие дочери обожают свою сестренку и всячески помогают маме начать новую жизнь. Вот так «Місто Добра» разрывает круг сиротства и насилия. Дети Лены вырастут в любви, их ждет совсем другое будущее.

О команде «Міста Добра»

Команда у меня удивительная! Это люди, без которых всего этого не было бы: это работники и фонда, и шелтера. Всего в «Місті Добра» работает около полусотни человек. Больше всего у нас смотрящих нянь – 28 сотрудниц. Они работают с детьми из эвакуированных детских домов. Это малыши от 1 месяца до 6 лет, нуждающиеся в постоянном внимании, поэтому няни работают в три смены, круглосуточно. Они, как и наш персонал, прошли психологическую и медицинскую проверку и подготовку, а также проверку со стороны полиции.

Малыши нуждаются в постоянном внимании, поэтому няни работают в три смены, круглосуточно.

Много и учителей, потому что сейчас такое количество детей как у нас, не примет ни один городской садик, поэтому мы открыли его прямо здесь. Также есть художественная школа – уроки танцев, пения, театрального мастерства, рисования. А еще – спортивные занятия. Большинство детей нуждается в помощи, чтобы пойти в обычную школу.

Например, у нас живут дети из Бахмута и Красногоровки Донецкой области, которые почти год провели в подвалах. Они должны «догнать» школьную программу, прежде чем вернуться в школу. На этот случай есть целый штат учителей и тренеров.

Также в команде – детские и взрослые психологи, постоянно работающие с нашими подопечными. Есть охрана, ведь многие у нас скрываются от домашнего насилия и нуждаются в надлежащей безопасности. Есть медицинский персонал – педиатры, работающие круглосуточно, медсестры, реабилитологи. Некоторое время мы обращались в медицинские центры и больницы, но поняли, что с тем количеством детей, которое мы имеем,  следует запастись штатными специалистами.

Весь персонал получает зарплату, этот вопрос очень важен для нас.

Нам уже удалось поставить на ноги несколько детей с очень тяжелыми диагнозами. Для малышей, лишенных родительской опеки, готовят повара, а для семей – сами мамы, которые иногда получают уроки и наставления от наших профессионалов. Конечно, есть также водители, юристы, бухгалтеры, администраторы и так далее. Все эти люди получают зарплату, этот вопрос очень важен для нас.

Мы транслируем: наши мамы должны идти в большой мир, работать и быть самостоятельными. Для этого им нужны примеры для подражания, так что наши сотрудники выступают еще и примерами людей, которые любят свою работу и заботятся о своей семье. Иногда выпускницы «Міста Добра» становятся его работницами.

О финансировании «Міста Добра»

«Місто Добра» никоим образом не финансируется государством, все средства идут из донатов. Сейчас у нас одновременно живет более трехсот человек и около 35 животных, поэтому речь идет о сотнях тысяч гривен ежемесячно. Наш бюджет очень нестабильный. Во-первых, во время войны увеличилась «текучка» людей, семьи к нам приходят и уходят.

Во-вторых, мы постоянно в процессе стройки. Сейчас мы заканчиваем реабилитационный центр и будем начинать возведение начальной школы – детей такое количество, что возить их в какое-либо городское учреждение все сложнее. Также сейчас копим на проведение водопровода – это значительно удешевит потребление воды, но возведение обойдется минимум в два миллиона гривен.

В третьих, мы просто не можем позволить себе экономить на детях. Многие из них никогда не питались полноценно, что очень отражается на состоянии их здоровья. Следовательно, следует обеспечивать им полноценное и разнообразное питание: мясо, молочную продукцию, свежие овощи и фрукты.

Мы просто не можем позволить себе экономить на детях.

Мы не закупаем одежду оптом, хотя так было бы дешевле. Но тогда все дети одного возраста или размера будут ходить в одинаковых вещах, будто мы тюрьма или очередной детский дом. Мы даем детям возможность самим выбирать себе одежду на выездных шоппингах, учим их быть ответсвенными за себя и свой внешний вид. Помимо этого, занятия пением нуждаются в музыкальных инструментах, а рисованием – буквально килограммов красок.

В-четвертых, медицинские нужды совершенно непредсказуемы. То новая мама нуждается в операции для восстановления зрения, то приедет ребенок, который никогда не был у стоматолога, то в приют попадет собака с перебитым позвоночником. Это затраты, которые нельзя откладывать или пренебрегать ими, они появляются неожиданно и мы всегда ориентируемся на то, что имеем по состоянию на сегодня.

Например, кто-то из фермеров решил подарить нам месячный запас капусты – это высвобождает деньги, чтобы купить вертикализатор для реабилитации или новый воздухоочиститель. Средства нужны постоянно в колоссальных масштабах. К примеру, одних только яиц за месяц съедают около двух тысяч штук! Стиральный порошок измеряется даже не килограммами, а уже центнерами с таким количеством малышей.

Абсолютно никакие средства из фонда никогда не уходят на содержание меня или моей семьи, даже из тех официальных 20%, которые регламентируются законом.

После начала полномасштабного вторжения мы приняли детей уже из трех детских домов, вывезенных с линии фронта. Наше «Місто Добра» приспособлено для адаптации семей к нормальной жизни и обычно за детьми у нас ухаживают их мамы, а за детьми-сиротами ухаживать было некому, персонал детдомов с ними в основном не приехал.

Мы были вынуждены нанимать дополнительных сотрудников, что колоссально увеличило ежемесячный бюджет шелтера. И это в период войны, когда люди, которые раньше нам помогали, сами обращались к нам за помощью. Но мы выстояли и решили, что вложим максимум в лечение и адаптацию этих детей, чтобы увеличить их шансы на усыновление. За более чем год войны из нашего центра усыновили уже 47 детей!

Мы стараемся находить дополнительные финансовые источники: пишем новым компаниям, обращаемся к иностранцам, рассказываем о себе. Как ни странно, всегда находятся новые доноры и почти всегда они возвращаются к нам снова. Если кто-то хотя бы раз приехал в «Місто Добра», он становится частью нашей семьи.

Также предлагаем нашим донорам взять на себя чью-то зарплату, если у них есть возможность поддерживать нас ежемесячно. Есть люди и бизнесы, которые выплачивают ежемесячную зарплату нашим учителям, реабилитологам и другим специалистам.

Что касается меня лично: абсолютно никакие средства из фонда никогда не уходят на содержание меня или моей семьи, даже из тех официальных 20%, которые регламентируются законом. Скорее, наоборот, семейный бюджет часто страдает, когда у меня появляются неотложные потребности в фонде. У нас с мужем есть семейный бизнес в рекламе и сфере HoReCa, именно он позволяет мне быть на 100% вовлеченной в работу фонда.

О собственной семье

Если бы не было моей семьи, моих мужа и дочери, то и такого «Міста Добра» не было бы. Я верю, что судьба посылает нам на пути тех людей, которые нужны, чтобы мы выполнили замысел небес. Мой муж – моя главная опора, поддержка, вдохновение, самый большой фанат. Когда у меня опускаются руки, он напоминает, что это мелочи и у нас все получится. Он – бизнесмен, занимающийся рекламой и полиграфией. Чрезвычайно профессиональный и скрупулезный человек, который следит, чтобы все было выполнено на самом высоком уровне. Это отношение он переносит и на работу с фондом.

Конечно, если жена живет чем-либо, муж не может оставаться в стороне. Это основа крепких супружеских отношений: вам должно быть интересно, чем живет ваш партнер. Он знает все детали и новые замыслы, подсказывает, советует, делится мыслями. А еще он – мой балансир. Когда я слишком глубоко ныряю, не забочусь о себе, забываю поесть – именно он говорит мне остановиться, выдохнуть и восстановить силы. Ведь если потратишь все силы, нечего будет дать другим.

Основа крепких супружеских отношений: вам должно быть интересно, чем живет ваш партнер.

Доченька у нас выросла такая же, как и мы! (смеется) Дениза с самых юных лет очень сосредоточена на помощи окружающим. Может отдать совершенно новую игрушку, если решит, что другому ребенку она нужнее. Она так же, как и мы, обожает животных. Иногда я наблюдаю за ней и тихонько радуюсь, что несмотря на нашу с мужем загрузку и постоянную нехватку времени, мы воспитали ее такой, как мечтали – прежде всего хорошим человеком.

У нас в семье есть еще один ребенок – Сэнди. Мы ее не удочеряли, а взяли под опеку из Олешковского детдома, это было несколько лет назад. Ей было 17 лет, она оканчивала интернат. По состоянию здоровья в дальнейшем государство предлагало ей жить либо в «психушке», либо в доме престарелых, потому что только там могли дать ей соответствующий уход. Но девочка была так умна, талантлива, что мы не могли этого допустить. Хотели, чтобы она училась дальше и жила полноценной жизнью, поэтому взяли ее под свое крыло.

Ничего не заряжает так, как пребывание среди счастливых детей! 

Мы не колебались – чувствовали, что ребенок в нас нуждается. Когда делаешь то, что по твоим ощущениям правильно, тогда и страха нет. После оформления опеки мы, конечно, сделали все для улучшения здоровья Сэнди. Но, к сожалению, технологий, которые поставили бы на ноги после такого перелома позвоночника, пока не существует.

Однако она и так живет полной жизнью: поет, танцует сидя, учится. Планирует стать социальным работником и помогать другим, а недавно выиграла грант на обучение молодежи танцам на кресле-коляске. А еще она вышла замуж за нашего защитника, он сейчас на фронте. Сэнди – часть нашей семьи! Очень ею гордимся, всегда на связи, хотя теперь она живет в другом городе.

О восстановлении собственного ресурса

Я человек очень эмоциональный, регулярно переживаю взлеты и падения. Но с другой стороны я очень верующая. Уверена, что у небес на все свой ответ и свой план, все происходит не просто так. К этим мыслям я обращаюсь, когда мне особенно сложно. Постоянно слышать истории наших подопечных и видеть боль, через которую они прошли, бывает очень тяжело. Но ничего не заряжает так, как пребывание среди счастливых детей! Это позволяет двигаться вперед. Иногда я просто прихожу к самым маленьким жителям «Міста Добра», смотрю на них – они такие маленькие, такие беззащитные, такие светлые и чистые, и мне становится легче. Для них я могу свернуть горы.

Также очень помогают регулярные поездки по селам. Еду к бедным семьям, но в то же время любуюсь природой нашей Украины, знакомлюсь с невероятными людьми. Очень люблю наш край. Также, конечно, мне помогает держаться «на плаву» семья. Они – мой тыл и опора.

А еще очень люблю животных, у меня дома живут две собаки и кот. А теперь еще и целый приют в «Місто Добра». Как можно опускать руки, когда кто-нибудь смотрит на тебя так, как собаки смотрят на людей? Мне хочется быть тем человеком, которого они видят во мне!

Но порой бывает особенно тяжело, тогда муж хватает меня и везет в небольшой отпуск, чтобы я смогла подзарядиться и немного выдохнуть. За это я благодарна и ему, и моей команде, которая в это время держит все на своих плечах.

О трансформации «Міста Добра» во время войны

Февраль 2022-го был для нас таким же шоком, как и для всей страны. Мы находимся вдали от линии фронта, но весь этот ужас команда буквально пропускает сквозь себя. На тот момент у нас в планах было весной открыть второй корпус – швейную школу для мам, соединенную с яслями, и начать создание «Міста Добра» еще в трех городах. Хотим, чтобы на страну было хотя бы пять-шесть подобных центров. Все эти планы мы были вынуждены отложить.

Первое, что мы сделали с началом полномасштабного вторжения – стали принимать семьи с детьми со всей страны. За это время временное убежище у нас нашли более трех с половиной тысяч человек. Приезжали мамы с детьми, целые семьи, люди с животными – мы принимали всех, кого могли. С собой они «привозили» страшные истории.

У нас некоторое время жила мама, на глазах которой россияне застрелили ее 8-летнего сына, мужа и собаку. Она единственная выжила. Мы спрашивали ее, не хочет ли она, чтобы мы поискали ей отдельное жилье, потому что, наверное, быть весь день среди детей ей сложно? Она отвечала: «Нет, это ведь центр для мам, а я – мама».

Во-вторых, приём детских домов. Новое направление работы и совершенно новые для нас вызовы. В третьих, сильно расширилась наша гуманитарная программа. Стало гораздо больше людей, нуждающихся в помощи с едой и самыми необходимыми вещами. К тому же, мы регулярно отправляем гуманитарную помощь в прифронтовые и деоккупированные районы. Но, как ни странно, развитие центра с того момента не только не остановилось, оно ускорилось!

На сегодняшний день у нас на территории уже шесть корпусов. Мы обустроили полноценное убежище для спасенных животных, подключились к центральной канализации, трубы которой тянули более двух километров! Сейчас работаем над подключением к водоснабжению. Вместе с «Датагруп» начали проект «Наші діти», в пределах которого поддержку получают дети, потерявшие одного или двух родителей в этой войне. Уже выплачено более 10 миллионов стипендий. Мы не останавливаемся, потому что каждый день победа все ближе, а у нас еще много работы!

О своей самой большой мечте

Я никогда не думала гордиться своими поступками. Делаю то, что должна делать, потому что верю, что это мое призвание. А мечтаю, прежде всего, о победе. Чтобы наша страна зажила мирную жизнь, и тогда мы все объединимся вокруг создания нового будущего для наших детей. Верю в то, что будут приняты законодательные изменения, которые защитят маленьких украинцев и помогут им. И верю в то, что Украина станет страной счастливых детей.

Будь у меня все возможности и бесконечные средства, я делала бы то же, что делаю сейчас. Создавала бы места любви для людей и животных, для беззащитных и нуждающихся. Все деньги я бы вкладывала в приобретение земли, чтобы «Місто Добра» разрасталось, а также в подготовку профессионалов, чтобы помогать его жителям.

Я бы предпочла сделать «Місто Добра» абсолютно автономным – с солнечными батареями, с собственной водой, со своим огородом и хозяйством, которые снабжали бы овощами, молоком и сыром. С профессиональным швейным цехом, школой и медицинским центром. Хочу, чтобы «Місто Добра» жило еще много-много лет и после меня. Чтобы это было место давало любовь и свет на протяжении веков. Очень боюсь чего-то не успеть за столь короткую человеческую жизнь, но стараюсь сделать как можно больше!

Фото: Даша Тендитная

С первых дней войны наша героиня не перестает быть информационным, социальным и благотворительным «рупором» украинцев на всех возможных площадках: в соцсетях, в интервью для международных изданий, на своем авторском YouTube-канале, а самое главное – отчаянно погружается в деятельность собственного благотворительного фонда, до вторжения – самого масштабного в Украине по противодействию любому виду насилия. Начиная с марта «Фонд Маша» полностью перефокусировался на потребности военного времени и оказывает значительную помощь по нескольким направлениям, прилагая максимальные усилия, чтобы сохранить физическое и ментальное здоровье нации.

По просьбе INSIDER.UA Маша рассказала, как во время войны изменилась статистика домашнего насилия, какие проекты фонда сейчас действуют для помощи женщинам и детям, почему так важно донатить не только на фронт, но и на тыл, кто из селебрити больше всего поразил суммой пожертвования и ждать ли нам их коллабы с Притулой? Также она поделилась, как восстанавливает свое физическое и эмоциональное состояние и о чем больше всего мечтает после победы.

О работе «Фонда Маша» во время войны

В 2022 году у нас было много планов, которые перечеркнула война. Я до сих пор помню март, когда вынесла на обсуждение команды предложение немного «припарковать» все наши планы и стратегии по домашнему насилию и начать заниматься войной. Все меня единодушно поддержали. С этого времени мы начали помогать на всех «фронтах»: эвакуация, гуманитарная помощь в разные города и области страны, психологическая реабилитация детей и женщин, образовательные и творческие занятия для детей, закупка необходимых пакетов для малышей и так далее. Это было похоже на тушение пожаров.

Мы сотрудничали исключительно с проверенными волонтерскими организациями: связывались с ними, отдавали им грузы, они распределяли по семьям, по людям, находившимся в оккупации, по бомбоубежищам. В этом нашем мартовско-апрельском марафоне сформировалось несколько направлений, которым фонд начал следовать. На сегодняшний день «Фонд Маша» – это три направления: дети, подростки и женщины.

Относительно детей – это гуманитарная помощь для малышей (от 0 до 3 лет) в виде боксов, в которых находятся продукты, одежда, медикаменты, игрушки, и психологическая помощь для детей постарше, которые были в зоне боевых действий и видели смерти, трагедии, горе.

Направление «подростки» сфокусировалось на нашем новом офлайн-проекте «Смілива», в котором мы будем обучать девушек самозащите и оказывать психотерапевтическое сопровождение. Даже несовершеннолетние девушки могут самостоятельно заполнить заявку на участие, без согласия родителей, поскольку кто-то из них потенциально может проявлять насилие по отношению к ребенку. Ну а дальше с девочками будут связываться по телефону наши специалисты для верификации заявки, это важно.

Наше наиболее развитое направление – «женщины». Об этом хочу поговорить отдельно.

О флагманском проекте «Незламна мама»

Этот проект по реабилитации женщин и детей, пострадавших от войны, стартовал летом, и уже более 700 человек получили помощь. Мы выбираем участников очень тщательно, поскольку заявок – тысячи, а мест – меньше. Есть анкета, которую наши психотерапевты разрабатывали таким образом, чтобы оценить степень травмированности человека.

Даже если сравнивать запросы «мне плохо», «я устала от войны», «живу на Западной Украине, но постоянно плачу от того, что читаю в новостях» и историю женщины, потерявшей своего мужа, на ее глазах пытали отца, а дети два месяца сидели в подвале и облизывали заплесневевшие стены, чтобы хоть какая-то влага была во рту, потому что совсем нечего было пить… Это несравнимые истории. Да, обеим женщинам плохо, но не одинаково.

Если честно, я бы тоже хотела пройти эту реабилитационную программу, потому что я тоже устала, мне плохо, много плачу. Но я не заберу место женщины, историю которой только что описала. В фонде многие работают над тем, чтобы выбирать истории. Если после просмотра анкеты у нас возникают дополнительные вопросы, call-центр звонит женщинам, уточняет определенные детали и только тогда они получают официальное приглашение.

Бывает и такое, что женщины отказываются ехать в лагерь, поскольку просто не верят, что такая помощь предоставляется совершенно бесплатно. Когда я была с визитами в лагерях, почти 80% пребывающих там женщин признавались: они не верили в то, что можно 21 день находиться в райских местах Карпат, дышать чистым горным воздухом, общаться с природой (ведь мы запрещаем гаджеты, алкоголь), не вложив в это ни копейки. Женщин, которые были на первых сменах, вообще привозили кумовья, родители, сестры, подруги – они сами не решались и не верили, что такое возможно в реальности, да еще и во время войны.

Сама реабилитационная программа в лагере длится 21 день, ежедневно женщины проходят 12 часов терапии. Проект «Незламна мама» полностью выводит женщину и ее ребенка из состояния посттравматического синдрома. Наши специалисты подчеркивают, что это – единое целое: как от матери зависит дальнейшее поведение ребенка, так и от ребенка – дальнейшая жизнь матери. Я имею ввиду ее ментальное здоровье.

Помогать в войну – это как засеивать поле, которое дает свои ростки и разрастается. Чем больше мы делаем, тем больше у нас запросов.

Были две истории, которые меня поразили. Конечно, нельзя сравнивать, но есть то, от чего стынет кровь. Женщины уже пережили войну в Донецке, переехали в Бучу, там наладили свою жизнь. Затем пережили войну в Буче: видели обстрелы, пытки соседей, расстрелы людей, хоронили своих детей, а их мужчины вступили в ВСУ. И во время пребывания этих женщин в наших лагерях поступили сообщения о том, что их мужчины погибли. И ты думаешь: «Где этот лимит ужасов на одну судьбу? Когда это закончится?..»

Лагеря «Незламна мама» приобрели как невероятную востребованность, так и высокие показатели результатов. Помогать в войну – это как засеивать поле, которое дает свои ростки и разрастается. Чем больше мы делаем, тем больше – в десять раз! – у нас запросов. О нас уже по полной вещает «сарафанное радио», так что это уже необратимый процесс.

О донатах селебрити в «Фонд Маша»

Из тех, кто сильно поразил – Светлана Лобода. Как только в марте я анонсировала, что наш фонд перепрофилируется на помощь пострадавшим от войны женщинам и детям, она сразу перечислила пятьдесят тысяч евро и ничего мне не сказала. Директор фонда звонит и говорит: «Маша, здесь от Светланы Лободы пришла большая сумма». По тому курсу это было полтора миллиона, кажется. Для нас это было огромное подспорье, чтобы начать большие закупки «гуманитарки».

А дальше – почти все звезды, кого я знаю, помогали. К примеру, Дима Монатик. Я до слез была поражена, когда позвонила Елена Кравец и сказала, что они начинают серию благотворительных концертов «Доброго вечора, ми з України!». Они объехали десятки мест и большую часть полученных средств задонатили в мой фонд, а также Игорю Ласточкину, который собирал помощь для ВСУ. Много средств с концертов перечислял Иван Дорн.

Однажды я рассказывала своему невероятному другу Сергею Притуле о том, что хочу запустить проект, в котором мы будем учить девушек самозащите. Он настолько проникся этой идеей, что ночью мне позвонила директор фонда и сказала, что от него поступил большой донат. Мои глаза постоянно на мокром месте, очень волнуюсь, что могу кого сейчас забыть, но не в цифрах дело. Сколько звезд поддерживают репостами, сколько рассказывают о наших проектах, сколько участвуют в них… Я безгранично благодарна всем селебрити, которые присоединяются к нам, доверяют нам.

Я безгранично благодарна всем селебрити, которые присоединяются к нам, доверяют нам.

В большинстве случаев я узнаю из афиш артистов о том, что полученные средства с концертов они перенаправят в мой фонд, когда вижу логотип «Фонда Маша». Они не сообщают мне об этом, а просто берут и делают. Это невероятно приятно.

О ценности донатов на тыл, а не только на фронт

Собирать средства на психологическую помощь и вообще на тыл на сегодняшний день гораздо сложнее, чем на нужды ВСУ. Я это понимаю, у нас ведь две задачи: победить и выжить. «Фонд Маша» взял на себя ответственность нести оборону за последнее. Мы заботимся о тыле, к нам приходят разные люди, организации, частные предприятия и говорят, что многие помогают армии и хотят также помогать и нам. Это и есть наши доноры.

Конечно, нам приходится очень много работать. Пожалуй, 15 дней в месяц я в поездках, много выступаю, акцентирую внимание на проблемах в стране. Многое рассказываю в надежде на то, что каждое мое выступление вызовет у аудитории желание помогать Украине, делать донаты. Пытаюсь собирать как средства, так и внимание людей. Моя работа сегодня направлена ​​именно на это.

Сложнее всего сегодня «заходит» сбор на непредметную помощь. Я всегда своим девушкам в команде говорю: «Наш проект должен звучать так, чтобы люди могли его потрогать, как, например, «Мы собираем на Байрактары». Байрактар ​​можно почувствовать, увидеть, потрогать через соцсети. А психологическая помощь… Ну, как ты ее почувствуешь? Ты просто видишь цифру и текст о том, что «Фонд Маша» предоставил реабилитацию тысячам людей». Но это же ТЫСЯЧА людей, ТЫСЯЧА жизней, которые могли полностью прийти в упадок, погрузившись в свои травмы.

Мы берем только самые тяжелые случаи: пытки, изнасилования, убийства или отрезание конечностей на глазах матерей и детей.

Ведь мы берем только самые тяжелые случаи: пытки, изнасилования, убийства или отрезание конечностей на глазах матерей и детей – это все очень страшные ситуации. Сейчас у нас идут масштабные переговоры с вице-премьер-министром по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий Ириной Верещук – насчет того, чтобы наш фонд взял на себя ответственность оказывать психотерапевтическую и реабилитационную помощь женщинам, освобожденным из плена.

Как и все люди, живущие в тылу, знаю: если не справятся наши ребята в ВСУ, мы все… хочется сказать «умрем» – но не физически, а ментально. И ничто нас не спасет. Потому что я, например, не представляю себя гражданкой страны, в которую придет правление русни. Это будет трагедия, которая для меня сравнима со смертью. Поэтому все донаты оправданы. Я сама поддерживаю все сборы Сергея Притулы и других фондов своих друзей, это на сегодняшний день – самое главное. Мой муж – в добровольческом отряде ВСУ. Я вижу, сколько они закупают, сколько им помогают волонтеры, сколько средств он собирает самостоятельно. Речь идет о миллионах, на которые покупается оборудование, позволяющее уничтожать этих тварей.

Если все женщины сломаются, если эта сегодняшняя усталость «доконает» их, куда же будут возвращаться наши мужчины?

Уже сегодня нужно думать: когда мы победим, куда будем возвращаться? Это как представить свой дом. Мой дом сегодня холодный, в нем завяли все цветы. Полностью упакованы и закрыты все вещи. Там нет жизни. Когда мы с мужем заходим туда, просто пар изо рта идет. Но все равно, приезжая, я делаю уборку, просматриваю все медицинские препараты. Если вышел срок годности, выбрасываю.

Я стараюсь поддерживать порядок в своем доме. Я вернусь туда, застелю новые, красивые, выстиранные и выглаженные простыни и лягу спать в свою постель. Об этом я мечтаю так, как вы себе просто не представляете, если вы не живете так же далеко, как я, от своей кровати. Это моя мечта – просто поспать в своей теплой постели, и не в пуховике, как это происходит обычно. Наше ментальное здоровье – это как возвращение в этот дом. Если он будет грязный, разрушенный внутри, прогнивший от страданий, мы потратим очень много времени, чтобы отстроить его. А нужно восстанавливать страну. Я думаю, что люди, которые это осознают, будут и являются нашими союзниками.

Если все женщины сломаются, если эта сегодняшняя усталость «доконает» их, куда же будут возвращаться наши мужчины? Кто примет их в теплые объятия и будет визжать от радости? Кто потом будет их восстанавливать? На всех не хватит врачей, потому что их уже не хватает. В количественном отношении их должно быть один к одному, а нас сорок миллионов! Вот об этом нужно думать – о том, чтобы сберечь себя до победы, это важно.

Об актуальной ситуации с уровнем домашнего насилия в Украине

Во время войны эта ситуация изменилась, и что досадно – уровень насилия увеличился в разы. Люди остались без работы, чаще сидят по домам. Участились случаи нападений на жен и детей со стороны мужчин в алкогольном опьянении. Ситуация с домашним насилием усугубилась так сильно, что можно сказать: вся наша работа, проделанная с 2018 года и по сей день, вероятно, дала сильный откат. Ведь домашнее насилие в определенной степени является производным посттравматических синдромов.

Вы первые, кому я это публично говорю: моей мечтой-целью является построение огромного реабилитационного офлайн-центра.

Одно из проявлений посттравматического синдрома – проявление агрессии. И даже женщины, матери, которые были в плену, сидевшие там по два месяца в подвалах, носят сегодня в себе страшную травму и могут переживать приступы агрессии. И у деток, травмированных ментально, также бывают приступы агрессии, и со своей стороны женщины иногда реагируют на это избиением и криками.

Честно говоря, у меня сейчас даже дыхание перехватывает от попытки описать вам выразительно весь ужас, с которым нам придется сталкиваться. Но сегодня этим занимаются немногие, мало кто уделяет этому внимание. Потому что нужно победить и выжить! Я ставлю себе огромную цель, и вы первые, кому это публично говорю: моей мечтой-целью является построение огромного реабилитационного оффлайн-центра, поскольку работать и работать ему еще десятки лет!

О личном состоянии и методах восстановления во время войны

За эти почти девять месяцев войны я пережила разные состояния: паники, страха, отчаяния, собранности, дисциплинированности, разрухи, вновь собранности. Мне кажется, что это перманентное состояние несовместимых настроений. Так живут многие. Из того, что мне удалось вернуть в режим с помощью врачей – это сон. Понемногу возвращаю режим питания, потому что у меня было расстройство пищевого поведения, тотальное. Я постепенно возвращаюсь в спорт, в пилатес, который был абсолютно фундаментальной силой для меня в мирной жизни. Раньше я каждый день им занималась, теперь я чувствую, что у меня есть немного сил для того, чтобы просто начать тренировку.

Я уже молчу о книгах, супер полезных витаминах, питании с нутрициологами, постоянном обучении, медитации – все то, что в нормальной жизни мы называли развитием. Сейчас нас всех отбросило на дно пирамиды Маслоу, и мы думаем только о «выжить». И вот это «выжить» для меня – это вернуться к тем опорным точкам, которые меня держат в силе и здравом смысле. Это сон, питание, воздух, прогулки.

Сейчас нас всех отбросило на дно пирамиды Маслоу и мы думаем только о «выжить».

Во время войны у меня появилось новое правило: если ничего не хочу делать, я не делаю. Моя крошечная победа уже в этом: я за это себя не виню, как раньше. Просто ничего не делаю, иногда по несколько дней, позволяю себе либо плакать, либо просто заниматься ребенком, либо «уйти» в быт, которого у меня сейчас так много, что мне кажется, я всю жизнь столько им не занималась. Иногда разваливаюсь, но уважаю себя в этом состоянии. А потом собираюсь и стараюсь все охватить, пока собрана.

О благотворительной коллаборации с Сергеем Притулой

Я ему всегда об этом говорю. Есть у нас одна идея, но пока не могу ее озвучить. Уже скоро приоткроем занавес. Но я ему скажу, что вы об этом спрашивали. Видишь, Сережа, это не только в моей голове! (смеется)

О работе своего бренда одежды Mashsh во время войны

Почти все склады, которые у нас были по Украине, сейчас заняты под разные нужды ВСУ. У нас нет доступа, абсолютно никакого. Поэтому наше производство ощутимо уменьшилось, но мы поддерживаем работу. Сохранили все рабочие места – это для нас очень важно, но в то же время весьма тяжело. Продажи идут очень медленно, иногда просто не идут, что связано с периодами обстрелов.

Мы с партнершей делаем все возможное, а иногда и невозможное, чтобы сохранить свой бренд, потому что мы его очень любим.

Я и сама не знаю, что должно произойти, чтобы я сейчас приобрела себе какую-нибудь вещь. Но понемногу женщины покупают, особенно те, которые уехали из своих домов. Они нам писали очень чувственные письма, мол, поехала с одним крошечным чемоданчиком и не могу спать не в вашей пижаме. И покупали новую. Сейчас мы с партнершей делаем все возможное, а иногда и невозможное, чтобы сохранить свой бренд, потому что мы его очень любим.

Дизайнер постоянно пытается приспособиться к настроениям нашей аудитории. Конечно, мы сохранили наши бестселлеры – это тёплые костюмы на все времена и на все тренды. Во время войны запустили патриотическую линейку, пользующуюся невероятным спросом.

Если раньше мы делали пижамы, где шорты и майки были отдельно, то теперь мы разработали пижамы на все тело. Они похожи на термобелье и изготовлены полностью из хлопка. Мы знаем, что в домах очень холодно и будет еще холоднее, поэтому у нас есть такие костюмчики, которые можно надевать под все. Таким образом утепляем наших девушек.

Сегодня, когда Украина погружается во тьму, мы разработали костюмы, на которых будут неоновые надписи – они будут светиться в темноте, чтобы человека было видно. Мы очень заботимся о наших клиентах, и стараемся быть полезными им, учитывая сегодняшние реалии.

О доверии к благотворительным фондам

На что же обратить внимание при пожертвовании средств в благотворительный фонд? Это очень насущный вопрос, потому что я вижу, что каждый, кто хотя бы раз задонатил или кому удалось во время войны собрать очень круглую сумму, по сути создал свой фонд. Иными словами, есть человек – есть фонд. Я бы рекомендовала обращать внимание на несколько важных факторов.

Сегодня репутация – это доверие, а доверие – бесценно.

Первое – это время существования фонда и его официальные ресурсы: сайты, социальные сети и тому подобное. Надо посмотреть, чем фонд занимался все эти годы и во время войны. Исследовав это, переходить ко второму пункту. Это системность. Если есть регулярные проекты, закупки, характеристики, результаты, отчетность. В официальных источниках обязательно должны быть отчеты о всех задействованных, амортизированных деньгах. Какие проекты состоялись, что было потрачено – вот несколько часов покопайтесь в этом и уже тогда принимайте решение.

Третье – это репутационные признаки. Если фонд на слуху, если многие знакомые, какие-то проверенные источники к ним обращались или с ними работали и остались довольны отчетами, то это также «на руку» этому фонду. Сегодня репутация – это доверие, а доверие – бесценно.

Четвертое – наличие фонда в информационном пространстве. Сейчас есть около 10 фондов, которые у всех на слуху, они зарекомендовали себя за многие годы как те, которым можно доверять. Вот даже можно загуглить что-то вроде «топ-10 благотворительных фондов, давно работающих в Украине в помощь детям, армии». В основном, если несколько источников выдают вам одинаковые результаты, то это те фонды, которым можно доверять.

Вчера телеведущий Григорий Решетник и его жена Кристина отмечали двенадцатую годовщину свадьбы. За это время у них родилось трое сыновей – Иван, Дмитрий и Александр.

В честь такой даты звездная пара поздравила друг друга в Instagram, объявив о создании своего благотворительного фонда семьи Решетник.

«Сегодня 12 лет Reshetnik Family. Никелевая свадьба. Никель очень крепкий, твердый и несгибаемый, как настоящая любовь и наша страна, а также киевские мосты! Мы счастливы, что наша любовь крепнет. И особенно во время войны, мы ценим каждый миг рядом, являемся опорой и поддержкой друг для друга!» – подписал ведущий серию фото с женой.

«Все это время наша семья в Украине. Пытаемся быть поддержкой для других – военных, их семей, детей-сирот. Более удобной возможности, чем сегодня, не найти. Убедились, что нужно все делать, не откладывая на потом. Нужно продолжить помогать всем, чтобы одолеть врага! Поэтому мы основали свой семейный благотворительный фонд Reshetnik Family», – огласил Григорий.

Кристина, в свою очередь, также разместила семейные снимки, отметив, что любые трудности, даже война, только сближают, объединяют и закаляют.

Фонд решил не медлить с помощью и уже открыл сбор на три тепловизора.

«Мы объявляем свой первый уникальный семейный сбор на 3 тепловизора! А это 325 тысяч гривен. Уверены, что вместе удастся собрать эту сумму и задушить врага!» – заявил шоумен.

Реквизиты для донатов – в описании профиля ведущего в Instagram.

Украинская телеведущая Лилия Ребрик вместе с мужем, хореографом Андреем Диким, объявила о создании благотворительного фонда.

«В первые дни войны (собственно, как и все) я была растеряна и даже порой в отчаянии, но чем больше враг лез к нам, тем крепче становилась. Теперь чувствую достаточную силу, чтобы защитить других. Как и обещала, делюсь еще одной новостью, очень важной и волнующей новостью о рождении собственного благотворительного фонда. Это – наше с Андреем Диким детище», – сообщила теледива на своей странице в Instagram.

Благотворительный фонд получил название Rebryk & Foundation и уже обзавелcя своим аккаунтом в Instagram, благодаря которому можно будет следить за его деятельностью.

Цель фонда – помогать украинцам, пострадавшим от войны, развязанной РФ.

«Благотворительный Фонд Лилии Ребрик должен стать другом и помощником тем, кто чувствует себя незащищенным, кто бессилен из-за войны, кто растерян и порой в отчаянии. Наша мечта, чтобы фонд стал опорой женщинам и мужчинам, которых пыталась сломать война и чью жизнь она коренным образом изменила. Стать поддержкой талантливым детям и молодежи. Не забывая и о братьях наших меньших – животных. Мы верим, что вместе с подопечными фонда построим сильную, цветущую, независимую и мирную Украину», – резюмировала телеведущая.

В королевской семье Великобритании назревает новый скандал. Благотворительный фонд принца Уэльского Чарльза, который в настоящее время является первым в очерёдности наследования британской короны, в 2013 году принял пожертвование в размере 1 миллиона фунтов стерлингов от родственников основателя террористической организации «Аль-Каида» Усамы бен Ладена, пишет The Times.

По данным газеты, 73-летний принц получил деньги от Бакра бен Ладена и его брата Шафика, сводных братьев по отцовской линии экс-лидера «Аль-Каиды». Сообщается, что они якобы заключили сделку в вестминстерской резиденции членов британской королевской семьи Кларенс-хаус 30 октября 2013 года, через два года после того, как Усама бен Ладен был убит американским спецназом.

Отмечается, что личные советники принца призывали его отказаться от денег, так как событие вызовет общественный резонанс, если о нем узнают СМИ. Кроме того, репутации Чарльза будет нанесен огромный ущерб, «если его имя появится в одном предложении с именем террориста, ответственного за убийство 2977 человек 11 сентября 2001 года».

Однако принц Чарльз ответил, что возвращать уже полученный перевод было бы «неловко».

Председатель фонда сэр Иэн Чешир заявил изданию, что пожертвование от родственников бен Ладена было принято единогласно всеми пятью попечителями организации.

Как отмечает Times, нет никаких предположений, что Бакр или Шафик бен Ладен спонсировали террористические акты или были к ним причастны.