Сара Полсон стала героиней ноябрьского номера L’Officiel USA. В интервью изданию звезда «Американской истории ужасов» откровенно рассказала о любви к сложным персонажам, многолетнем сотрудничестве с Райаном Мерфи и своём отношении к моде. Актриса также поделилась размышлениями о страхе критики и новых творческих вызовах.

На съёмке 51-летняя звезда позировала перед фотографом Шанталь Андерсон в нарядах Celine, Balenciaga, Michael Kors, Saint Laurent, Bottega Veneta, Maison Margiela и других модных брендов.

За последние два десятилетия Сара Полсон стала одной из главных актрис в проектах Райана Мерфи. За это время она воплотила на экране немало эксцентричных, неоднозначных и даже пугающих героинь — от ведьмы Корделии Гуд в «Американской истории ужасов» до серийной убийцы Эйлин Уорнос в сериале «Монстр: История Лиззи Борден».

Такие перевоплощения требуют не только большой эмоциональной отдачи, но и серьёзной физической подготовки. Готовясь к съёмкам «Монстра», Полсон пересматривала записи судебных заседаний с участием Уорнос, а вместе с тренером по движению отрабатывала её характерную манеру поведения.

«Когда ты делаешь один дубль за другим, в какой-то момент ловишь себя на мысли: “Боже, от этого я начинаю чувствовать себя сумасшедшей”», — с юмором вспоминала актриса.

Однако подобные эксперименты её совсем не пугают. Напротив, именно в работе над сложными и необычными персонажами Сара чувствует себя на своём месте.

«Мне кажется, я создана для крайностей», — добавила она.

Несмотря на успешную карьеру и многочисленные награды, каждый новый проект по-прежнему вызывает у актрисы волнение. Чем больше личного она вкладывает в свою работу, тем сложнее ей отпустить результат и позволить зрителям оценивать его по своему усмотрению.

«Чем сильнее я эмоционально связана с работой и чем больше она для меня значит, тем страшнее показывать её миру», — призналась Полсон.

В то же время актриса понимает: искусство неизбежно вызывает разные эмоции, а зрители имеют полное право как восхищаться её работой, так и критиковать её.

Сотрудничество с Райаном Мерфи занимает особое место в карьере Полсон. Актриса сравнивает работу с режиссёром с возможностью попасть на чердак к эксцентричной родственнице, где хранятся самые невероятные костюмы и можно примерить на себя любую роль.

«Это словно тебе предлагают заплатить за то, чтобы ты танцевала в собственном воображении и представляла, каково это — быть невероятно могущественной ведьмой. С творческой точки зрения именно здесь можно получить максимум удовольствия, ведь нет никаких ограничений», — рассказала Сара.

Впрочем, их отношения не всегда были безоблачными. Полсон не скрывает, что в своё время между ней и Мерфи возникало напряжение. Однако со временем они научились открыто говорить о сложных моментах и бережнее относиться к своей дружбе.

«Это отношения, за которые нам пришлось бороться, чтобы сохранить их здоровыми и живыми. Мы признали, что больше никогда не хотим проходить через трудности, а единственный способ этого избежать — быть максимально открытыми и честными друг с другом», — объяснила актриса.

Не менее смело, чем на экране, Сара Полсон экспериментирует и на красных дорожках. В её гардеробе найдётся место как для необычных авангардных платьев, так и для классических вечерних образов.

Полсон призналась, что любит играть с деталями и неожиданными сочетаниями. Бархат, кружево, перчатки, воланы и выразительные линии плеч — именно такие элементы помогают ей каждый раз создавать особенный образ.

«Мне становится скучно, когда ничего не меняется. Я устаю от однообразия», — отметила актриса, говоря о своём отношении к стилю.

В то же время постоянное стремление к новым образам заставляет её задумываться и о собственной идентичности. Сара считает способность к перевоплощению важным преимуществом для актрисы, однако в повседневной жизни иногда задаётся вопросом, что на самом деле стоит за желанием постоянно меняться.

«Быть хамелеоном — невероятное преимущество для актрисы. Но на человеческом уровне я иногда спрашиваю себя: чего ты добиваешься, постоянно меняясь? Это дискомфорт от самой себя или мне просто нравится смотреть на себя с разных сторон?»

Уже в январе Сара Полсон планирует вернуться на театральную сцену. Её ждёт работа над постановкой Small Mouth Sounds.

В центре истории — группа жителей большого города, которые отправляются на духовный ретрит в лес в поисках покоя. Особенность спектакля — минимальное количество диалогов: актёрам предстоит передавать эмоции преимущественно с помощью жестов и невербального взаимодействия.

Полсон с заметным воодушевлением рассказывает о предстоящей работе и признаётся, что ей особенно интересно попробовать себя в постановке, где слова отходят на второй план.

«Мы все так привыкли работать с помощью языка. Вы знаете, насколько громкой бывает тишина?» — отметила актриса.

Фото: L’Officiel USA

Дженнифер Лоуренс официально покоряет бьюти-индустрию. Оскароносная актриса представила собственный бренд ухода за волосами Mes.

О новом бизнес-векторе звезда откровенно рассказала в эксклюзивном интервью изданию The Cut, где также поделилась личными переживаниями, заговорила о материнстве и призналась, как трансформировалось ее отношение к собственной внешности.

По словам актрисы, работа над собственным брендом подарила ей знакомое ощущение творческого подъема — такое же, какое она испытывает на съемочной площадке.

«Когда ты что-то создаешь — фильм или новый продукт — возникает невероятная, неудержимая энергия. Я почувствовала тот же электрический заряд, что и во время работы над сложными ролями», — рассказала Дженнифер.

В интервью актриса затронула и тему, которая обычно вызывает немало внимания, — пластическую хирургию. Лоуренс призналась, что сделала операцию по увеличению груди после рождения второго ребенка. По ее словам, после первой беременности тело довольно быстро восстановилось, а вот после вторых родов все было иначе: «ничего не вернулось на место».

На этом разговоры о возможных изменениях внешности не заканчиваются. Дженнифер честно признается, что уже задумывается о будущей подтяжке лица, а пока ограничивается лишь микродозами ботокса. От контурной пластики филлерами звезда отказалась категорически. По ее мнению, такой результат слишком заметен на экране. К тому же для Дженнифер принципиально сохранять живую мимику и естественность, ведь ее героини — это часто обычные женщины, у которых нет доступа к дорогим клиникам эстетической медицины.

Лоуренс также призналась, что подумывала об удалении комков Биша ради более четкого контура скул. Однако от этой идеи пока отказалась: актриса опасается, что столь радикальные изменения лица сразу бросятся в глаза. Свое желание выглядеть эффектно она объясняет просто: «Я хочу быть сексуальной мамой».

Эту мысль актриса развила и в разговоре о буднях с детьми. По словам знаменитости, ей хочется казаться безупречно собранной, даже когда в реальности всё идёт кувырком.

«Когда я отвожу ребенка в школу, хочу выглядеть как женщина, у которой все под контролем, даже если я только что проснулась и на самом деле вокруг сумасшедший хаос», — поделилась Дженнифер.

Возвращаясь к разговору о бренде Mes, звезда рассказала, что при разработке первой линейки сотрудничала с научной компанией. В коллекцию вошли три продукта: восстанавливающая маска для волос, сыворотка для укладки и спрей для придания объема.

Лоуренс пока не берется оценивать будущий успех Mes в конкретных сумах. По словам знаменитости, она не имеет четкого представления о финансовых показателях, которых необходимо достичь, чтобы считать проект успешным.

«Если бы мне приставили пистолет к виску и спросили, какие показатели нужны для успеха Mes, я не буду иметь ни малейшего представления. Все эти калькуляции просто не задерживаются в моей голове. Я глупенькая, но милая!» — пошутила актриса.

Фото: The Cut

Американская актриса и общественная активистка Сьюзен Сарандон стала героиней нового выпуска испанского журнала S Moda под названием «Сердце активистки». Звезда Голливуда позировала украинскому фотографу Юлии Горбаченко, а над её образами работала стилист Мария Сивякова.

На снимках 80-летняя Сарандон предстала в сдержанных и элегантных образах. В интервью актриса поделилась своими жизненными принципами, рассказала о карьере и личной свободе, а также порассуждала о том, что для неё значит жить в согласии с собой.

Сарандон не привыкла скрывать свои взгляды и открыто отстаивает то, во что верит. Её гражданская позиция не раз становилась поводом для дискуссий, однако актриса не собирается отказываться от собственных убеждений ради чужого одобрения.

«Иногда меня называют коммунисткой. По-моему, так некоторые говорят, что у человека не все дома», — с иронией заметила она.

К слову, недавно Сарандон даже арестовали у штаб-квартиры ООН в Нью-Йорке во время пропалестинской акции протеста.

Её убеждения отражаются и на выборе кинопроектов. Сьюзен интересуют истории, способные взволновать зрителя, заставить его задуматься или взглянуть на привычные вещи под другим углом.

«Когда я читаю сценарий, хочу, чтобы он меня тронул. Для меня важно, чтобы персонаж был кем-то, кого я ещё не играла. Здорово, если за проектом стоит режиссёр с хорошей репутацией, но иногда это новички. Хорошо, когда за работу могут заплатить, но бывает, что такой возможности нет», — рассказала актриса.

За плечами Сарандон — более 100 фильмов, среди которых голливудские хиты «Клиент» и «Пока ты спал», культовая картина «Иствикские ведьмы» и «Тельма и Луиза», ставшая символом женской свободы и независимости. За роль в драме «Мертвец идёт» актриса получила премию «Оскар».

Несмотря на солидный возраст, Сарандон не собирается сбавлять темп. В этом году Испанская киноакадемия отметила её вклад в кинематограф Международной премией «Гойя», а в сентябре актриса представила фильм The Echo Chamber на Венецианском кинофестивале.

Впрочем, похоже, главными достижениями Сарандон считает не награды, а возможность жить в согласии с собственными принципами. Она призналась, что не стремится избегать ошибок — напротив, считает их неотъемлемой частью жизненного опыта.

«Совершайте ошибки, большие ошибки, но совершайте их быстрее. Вы нутром чувствуете, когда что-то токсично, когда вы не настоящие, когда предаёте себя. Прислушивайтесь к этому, но не тратьте на это два года. Усвоить урок можно примерно за четыре месяца. Я сама всегда даю всем слишком много шансов», — поделилась актриса.

Она также рассказала, что недавно обсуждала эту тему с внуками. Сарандон хочет прожить жизнь так, чтобы в конце не сожалеть о том, что чего-то не попробовала или оставила невысказанным.

«Недавно я говорила с внуками и сказала им, что хочу уйти, израсходовав себя до последней капли. Ничего не оставляя про запас. Как говорят спортсмены, — выложиться на полную. Просто жить здесь и сейчас», — подчеркнула она.

Фото: elpais.com

Николь Кидман стала героиней ноябрьского номера Vogue Australia и украсила не одну, а целых четыре обложки глянцевого журнала. Для актрисы это уже двенадцатое появление на обложке издания.

В новой фотосессии, созданной фотографом Лакланом Бейли, она продемонстрировала свой идеальный пресс, а в интервью откровенно поговорила о почти 45 годах в киноиндустрии, материнстве, принятии себя, о сотрудничестве с дизайнерами, возвращении в Chanel в статусе глобального амбассадора и т. д.

К беседе присоединились не только журналисты. Свои вопросы Николь задали коллеги и друзья, среди которых Баз Лурманн, Лиана Мориарти, Зои Салдана и многие другие.

В 59 лет Николь Кидман всё лучше принимает себя. Она не скрывает, что даже сейчас бывают дни, когда ей сложно чувствовать себя уверенно, ведь ощущение внутреннего комфорта пришло не сразу. На это ушли годы, опыт и готовность лучше понимать себя.

«Сейчас я просто чувствую себя более комфортно в собственном теле. Странно осознавать это в 59 лет, но я рада, что в конце концов смогла этого достичь», — сказала актриса.

Зои Салдана спросила Кидман, как ей удается совмещать насыщенную карьеру с воспитанием детей. В ответ актриса объяснила, что не верит в идеальную формулу баланса между работой и семьёй. Зато для неё главное — чтобы дочери всегда знали: в действительно важный момент мама будет рядом.

«Как я всегда говорю своим дочерям: если возникнет действительно важная ситуация, всё остальное отойдёт на второй план. Нет ничего важнее вас», — подчеркнула Николь.

Режиссёр Баз Лурманн поинтересовался, с какими трудностями Кидман пришлось столкнуться в начале карьеры. Актриса вспомнила, что ещё в детстве отличалась высоким ростом и из-за этого нередко чувствовала себя неловко.

«Я была самой высокой в классе — даже выше всех мальчиков», — вспомнила она.

Рост стал одной из причин, по которым Николь отказалась от мечты стать балериной. Впоследствии подобные замечания звучали и на актерских прослушиваниях: ей говорили, что она слишком высокая по сравнению с мужчинами, исполнявшими главные роли.

Однако со временем Кидман научилась смотреть на эту особенность по-другому. То, что когда-то казалось препятствием, стало частью её индивидуальности. Актриса перестала воспринимать собственную внешность как ограничение и научилась превращать её в преимущество.

Писательница Лиана Мориарти предложила Кидман представить, что она может вернуться в любой момент своего детства. Николь почти сразу вспомнила семейные каникулы в Австралии — отдых на побережье Авоки и поездки в горный регион Баррингтон-Топс.

«Я бы вернулась к тем рождественским каникулам, к тому январю, когда ни о чём не нужно было беспокоиться», — рассказала она.

После десятилетий в кино Николь до сих пор привлекает возможность перевоплощаться и становиться частью чего-то большего.

«Мне нравится, когда меня создают заново. Мне нравится быть частью чего-то целого. Я не люблю оставаться в изоляции, в одиночестве», — отметила обладательница «Оскара».

Подобное ощущение возникает и в её сотрудничестве с дизайнерами. Кидман объясняет, что одежда для неё — не просто красивый образ, а способ лучше понять человека, который её создал, и передать его творческую идею.

«Когда надеваешь костюм — скажем, от Тома Форда или Хайдера Акерманна, — то задаёшь себе вопрос: что чувствует дизайнер? Кто он? И что мы представляем собой как союз? Я рассказываю историю дизайнера, но в то же время чувствую с ним глубокую внутреннюю связь», — поделилась актриса.

Кидман также упомянула о своём возвращении в Chanel в статусе глобального амбассадора. Её история отношений с французским модным домом началась много лет назад, когда она вышла на подиум вместе с Карлом Лагерфельдом.

«Удивительно, как всё в жизни связано между собой. Я помню, как 20 лет назад вышла на подиум с Карлом Лагерфельдом. Матье был в восторге от того, насколько непринужденно это выглядело, и запомнил тот момент навсегда. Моя история отношений с Карлом — одна из причин, по которой Матье хотел, чтобы я вернулась», — подчеркнула она.

Фото: Vogue

Дженна Ортега стала героиней обложки ноябрьского номера американского Vogue. Актриса позировала легендарному фотографу Сильвестру Мако, который недавно в своей неповторимой манере запечатлел Джиджи Хадид, Хантер Шафер и других.

На снимках знаменитость, которую мир привык видеть в готическом образе Уэнсдэй, демонстрирует другие грани своей личности. Над стилизацией фоторепортажа работала Табита Симмонс, которая подобрала для актрисы образы от Dior, Givenchy, Balenciaga, Miu Miu, Schiaparelli.

В 24 года Дженна Ортега уже стала одной из самых известных молодых актрис своего поколения. Роль Уэнсдэй Аддамс в популярном сериале принесла ей мировую славу и прочно закрепила за ней образ мрачной девушки с острым языком. Однако сама Дженна не хочет, чтобы её карьеру ограничивали одним персонажем.

В интервью актриса откровенно рассказала о стремлении попробовать себя в разных амплуа, жизни с обсессивно-компульсивным расстройством, сложностях ранней славы и желании наконец-то немного сбавить обороты.

После успеха сериала «Уэнсдэй» актриса всё чаще выбирает проекты, которые позволяют ей отойти от привычного образа. Один из них — экранизация романа Кадзуо Исигуро «Клара и Солнце» режиссёра Тайки Вайтити. В фильме Ортега играет робота-компаньона, созданного для поддержки ребёнка.

Её новая героиня совсем не похожа на Уэнсдэй: она открытая, эмоциональная и искренне стремится понять окружающий мир. Для актрисы это возможность продемонстрировать другую сторону своего таланта и доказать, что она способна воплощать на экране не только мрачных персонажей.

Ортегу привлекают необычные истории и роли, требующие полного погружения. Ради работы она готова осваивать новые навыки: занималась фехтованием, училась стрелять из лука, а для будущего фильма осваивает гимнастику.

«Думаю, теперь я немного лучше понимаю себя и то, что мне нужно для работы», — рассказала звезда.

Интересы Ортеги выходят далеко за пределы актёрского ремесла.

«Я хотела бы однажды стать режиссёром, но только тогда, когда почувствую, что мне действительно есть что сказать. Не хочу браться за это преждевременно», — пояснила она.

Мечта об актёрской карьере появилась у Дженны ещё в шестилетнем возрасте. Её вдохновила игра Дакоты Фаннинг в фильме «Гнев», после чего девочка начала уговаривать родителей разрешить ей ходить на кастинги.

В 12 лет Ортега получила главную роль в подростковом сериале Disney Channel «Жизнь Харли».

Однако с годами её взгляд на ранний старт в профессии изменился. Сегодня Дженна не уверена, что посоветовала бы другим детям идти по тому же пути. Работа отнимала столько времени и сил, что на обычное детство почти не оставалось места.

«Не думаю, что позволила бы кому-то начинать так рано», — призналась она.

Когда в 2022 году «Уэнсдэй» стала мировым хитом, Дженна сама не знала, как справиться с новой реальностью. Незнакомцы узнавали её на улицах, дети останавливались, чтобы поговорить, а её лицо появилось на футболках и сувенирах.

«По сути, никто не объяснял тебе, как со всем этим справиться», — вспомнила актриса.

Теперь она убеждена: детям, мечтающим о кино, важно развиваться не только на съёмочной площадке. Собственные увлечения, новые знакомства и разнообразный жизненный опыт помогают лучше понимать людей и создавать убедительных персонажей.

Актриса также открыто говорит о тревожности и обсессивно-компульсивном расстройстве (ОКР), с которым живет с детства.

Впервые она заметила, что ее мышление отличается от того, как воспринимают мир другие люди, примерно в семь лет. Тогда Дженна просыпалась раньше братьев и сестёр, чтобы выполнить определённые действия в чётко установленной последовательности.

«Мне нужно было определённым образом расправить простыню, открыть ящик и медленно расчесать волосы», — вспомнила она.

Со временем такие ритуалы стали частью её повседневной жизни. Например, актриса может повторять фразу «береги себя» заданное количество раз, ступать на съёмочную площадку только левой ногой или задерживать дыхание, считая до 71.

Несмотря на откровенность в разговорах о психическом здоровье, личную жизнь Ортега предпочитает оставлять за закрытыми дверями. На вопросы о романтических отношениях она не спешит отвечать и не собирается делать эту часть жизни достоянием общественности.

«Не думаю, что когда-нибудь буду выносить эту часть своей жизни, свою личную жизнь, на публику», — заявила актриса.

Актриса старается держаться в стороне не только от обсуждений личной жизни, но и от публичной оценки своей работы. Она не пересматривает свои фильмы, не читает рецензий и не следит за кассовыми сборами.

«Думаю, это могло бы довести меня до какого-то психоза», — отметила Ортега. Для неё гораздо важнее собственные ощущения от проекта и понимание того, почему она согласилась в нём сниматься.

Теперь актриса хочет чаще уделять время себе и не соглашаться на новые проекты только ради того, чтобы постоянно быть занятой. Она стремится работать с людьми, которые её вдохновляют, и рассказывать истории, которые сама хотела бы увидеть на экране.

«Я хотела бы немного сбавить темп», — рассказала Дженна.

В то же время это не означает, что она собирается отказываться от новых возможностей. Среди её планов — обучение за границей, знакомство с музыкальной композицией, фотография и театр. Для Ортеги сбавить темп означает не останавливаться, а наконец-то получить возможность самостоятельно определять ритм своей жизни.

Фото: Vogue

Британская актриса Эмилия Кларк, звезда «Игры престолов», накануне своего 40-летия стала героиней нового номера Marie Claire UK.

В фоторепортаже актриса предстала в нарядах от ведущих модных брендов: Prada, Balenciaga, Alexander McQueen, Gucci, Victoria Beckham и других.

А в интервью звезда откровенно рассказала о годах эмоционального оцепенения, потере отца, двух кровоизлияниях в мозг и борьбе с тревожностью.

Для миллионов зрителей Эмилия Кларк навсегда останется Дейенерис Таргариен — Матерью драконов из культового сериала. Однако за мировой славой и успехом одного из самых популярных телепроектов последних лет стоит история, о которой актриса долгое время не была готова говорить откровенно.

В 2011 году, вскоре после завершения съемок первого сезона «Игры престолов», Кларк перенесла первый кровоизлияние в мозг, которое угрожало её жизни. Второй произошёл в 2013-м. В этот период актриса продолжала работать над сериалом, участвовать в пресс-конференциях и привыкать к стремительной популярности, которая пришла вместе с ролью Дейенерис.

«Первый сезон завершился на Рождество, а уже в феврале я оказалась в больнице с первым кровоизлиянием в мозг. Поэтому мой первый пресс-тур проходил под действием морфия», — вспомнила она.

Второе кровоизлияние стало очередным тяжелым испытанием. А впоследствии умер отец актрисы, и пережитое окончательно выбило её из равновесия.

Несмотря ни на что, Кларк продолжала работать и не давала себе времени на осмысление происходящего. Теперь она понимает, что фактически отложила свои чувства на потом.

«Когда я снималась в „Игре престолов“, мне совсем не хотелось разбираться в себе, анализировать пережитое или задавать себе вопросы. Я просто находилась в состоянии шока. Как будто замерла на десять лет», – призналась актриса.

По её словам, тогда она выбрала единственную понятную для себя стратегию – двигаться вперёд, не останавливаясь. Когда сериал закончился, накопившиеся переживания наконец дали о себе знать.

«Стала ли я сильнее? О да! Я благодарна за всё это. Когда после боли у тебя появляется время осмыслить пережитое, ты обретаешь суперсилу. И эта суперсила — эмпатия», — подчеркнула Эмилия.

Несмотря на всё, что ей пришлось пережить, Кларк не утратила способности смеяться над собой. Наоборот, юмор стал для неё одним из самых действенных способов справляться с тревогой и не позволять волнению взять верх.

«Накануне важного события я начинаю безумно волноваться. Но потом всё это происходит, и оказывается, что я прекрасно справляюсь. Юмор — это лекарство. Он всё исправляет. Абсолютно всё», — рассказала Кларк.

В то же время актриса не считает умение смеяться над трудностями чем-то простым. По её мнению, чтобы не воспринимать каждую неприятность как катастрофу, нужны внутренняя работа и смелость.

«Моя цель на следующие десять лет жизни — относиться ко всему проще. Но для этого нужна сила. Чтобы находить смешное в том, что происходит, действительно нужна сила», — поделилась она.

С годами Кларк научилась внимательнее относиться не только к собственному эмоциональному состоянию, но и к профессиональным решениям. Если раньше она соглашалась на предложения, не всегда задумываясь, действительно ли она этого хочет, то теперь гораздо тщательнее выбирает проекты и людей, с которыми работает.

«Первые десять лет моей карьеры, если не считать «Игру престолов», прошли под знаком постоянного согласия. Я говорила „да“, потому что не знала, что могу сказать „нет“», — вспомнила актриса.

Сейчас актриса готовится к новому этапу карьеры — возвращению на театральную сцену. Она работает над спектаклем Plenty в лондонском Национальном театре, где будет сотрудничать с режиссером Ричардом Эйром. Постановка создается по пьесе британского драматурга Дэвида Гера.

Еще один проект в планах Кларк — романтическая драма Next Life. В ней она играет Айви, молодую начинающую певицу, чья жизнь разворачивается по двум параллельным сценариям. В одной реальности героиня влюбляется в музыканта, которого играет Эдгар Рамирес, а в другой снова оказывается рядом с бывшим возлюбленным в исполнении Джека Фартинга.

Эта работа стала для Эмилии особенной ещё и благодаря её собственному опыту: в молодости она пела джаз. Поэтому, узнав, что сюжет связан с джазовой сценой Лондона, актриса сразу заинтересовалась предложением.

Еще одна вещь, которую Кларк пытается изменить в своей жизни, — отношение к социальным сетям.

«Я публикую пост — и исчезаю. Вообще не захожу в Instagram, потому что уже через 30 секунд мне становится плохо», — прокомментировала она.

Вместо этого Эмилия стремится уделять больше времени живому общению, ведь соцсети могут создавать лишь иллюзию близости.

«Алгоритм не согреет тебя ночью. Он не поможет осуществить твои самые смелые мечты. Он не рассмешит тебя и не поддержит», — подчеркнула актриса.

Не менее резко Кларк высказывается о общественных требованиях к внешности. Актриса обращает внимание на то, что женщин до сих пор критикуют быстрее и строже, чем мужчин. Особенно её беспокоит положение актрис старшего возраста, которым после 50–60 лет нередко становится сложнее получать интересные роли.

Кларк не скрывает, что и сама порой испытывает давление подобных ожиданий. Ей приходится учиться не измерять собственную ценность чужими оценками, мнениями и представлениями о том, какой должна быть успешная женщина.

«Ключ к полному несчастью — сравнивать себя с другими. Не скажу, что сама никогда этого не делаю, но стараюсь вовремя ловить себя на таких мыслях и находить опору в собственной личности», — поделилась актриса.

Фото: Marie Claire UK

Звезда сериала «Ривердейл» Лили Рейнхарт стала героиней октябрьского выпуска Glamour Germany. 30-летняя актриса откровенно рассказала о безусловной любви, болезненном опыте прошлых отношений, борьбе с депрессией и давлении общества.

Для фотосессии она примеряла наряды Dior, Rotate, Chloé, Gucci, Loewe, Versace, Fendi и Prada, дополнив образы украшениями Bvlgari. Автором съемки стала Эйлин Джордан, а за стилизацию отвечала Денис Шнайдер.

В интервью актриса призналась, что впервые чувствует себя по-настоящему защищенной рядом с бойфрендом, американским актёром Джеком Мартином. Она также объяснила, почему больше не читает комментариев о своей внешности, как научилась принимать собственное тело и почему не хочет строить жизнь в соответствии с чужими ожиданиями.

Лили рано узнала, что значит жить под постоянным вниманием публики. В 19 лет она получила роль Бетти Купер в сериале «Ривердейл», а уже через год стала известной далеко за пределами США.

Теперь актриса более избирательно относится к тому, чем делится с подписчиками, а что оставляет только для себя. Особенно заметные перемены произошли в ее личной жизни. После прошлых отношений, в которых девушке не хватало эмоциональной близости и чувства безопасности, Рейнхарт наконец обрела гармонию.

По словам знаменитости, понадобилось несколько лет, чтобы научиться доверять партнеру и чувствовать себя в безопасности в новых отношениях. Предыдущий опыт заставлял её постоянно ждать подвоха и сомневаться в искренности чувств. Теперь она реагирует на всё иначе.

«Я наконец-то чувствую себя в полной безопасности. Раньше такого со мной никогда не было. Мой парень Джек впервые в жизни показал мне, что такое безусловная любовь», — рассказала Лили.

Социальные сети также являлись серьёзным испытанием. Сначала Рейнхарт болезненно воспринимала критику своей внешности, поведения и актёрской игры, пытаясь защищаться и отвечать хейтерам. Впоследствии она поняла, что подобные перепалки лишь отнимают силы и затягивают в замкнутый круг раздражения.

«Интернет не изменится только потому, что я злюсь. Если я втягиваюсь в это, то причиняю боль только себе», — объяснила она.

Теперь Лили сознательно избегает публикаций о себе. Она даже просит друзей и близких не пересылать ей сообщения, посвященные её внешности.

Отдельная тема интервью — проблемы со здоровьем, которые в последние годы существенно влияли на жизнь Рейнхарт. По словам актрисы, около шести лет подряд она почти ежегодно выслушивала новый вердикт врачей. Среди её диагнозов — цистит, эндометриоз, аденомиоз и синдром активации мастоцитов. Ранее она столкнулась с последствиями отравления чёрной плесенью, кишечной инфекцией и резкими колебаниями уровня инсулина.

На фоне этих заболеваний у Лили развилась алопеция, а ее вес существенно изменялся. Во время работы над «Ривердейлом» актриса не всегда могла надеть вещи, подготовленные для примерок.

«Мне казалось, что я должен извиняться за свое тело», — вспомнила она.

Сейчас Рейнхарт снова тренируется и чувствует себя гораздо сильнее. Она гордится своим телом не из-за определенной цифры на весах, а благодаря тому, что после длительного периода истощения постепенно возвращается к активной жизни.

В интервью актриса также подняла тему женской независимости и двойных стандартов. Ее возмущает, что внешность, достижения и даже право женщины по собственному мнению до сих пор часто оценивают сквозь призму отношений с мужчинами.

«Почему женщина не может просто существовать, не привлекая к своей истории мужчину?» — спросила Рейнхарт.

Она подчеркнула, что общество до сих пор нередко навязывает женщинам стереотип, будто их ценность зависит от того, насколько они нравятся противоположному полу и удачно ли складывается их личная жизнь.

Знаменитость также не согласна с представлением, что женщина должна быть удобной, сдержанной и постоянно соответствовать чужим ожиданиям.

По мнению звезды, женщина не должна постоянно доказывать, что заслуживает уважения, или подстраиваться под чужие стереотипы о том, как ей следует выглядеть, вести себя и строить отношения.

Еще одна важная тема разговора — ментальное здоровье. Лили открыто говорит о депрессии и тревожности. Раньше она воспринимала свое состояние как нечто неизменное, с чем придётся мириться всегда. Теперь ее взгляд на будущее изменился.

«Я думала: “Вегда буду в депрессии, и это нормально”. Но сейчас понимаю, что могу принимать решение и менять свою жизнь», — рассказала актриса.

В последнее время Рейнхарт интересуется нейропластичностью — способностью мозга изменяться и формировать новые нейронные связи. Работа со специалистом помогает ей лучше понимать собственный травматический опыт и привычные модели поведения.

По словам актрисы, эти внутренние перемены уже повлияли на её мировоззрение: она снова научилась чувствовать радость, которая долгое время казалась почти недостижимой.

«В свои двадцать я почти не верила, что когда-нибудь смогу быть счастливой. Теперь я с надеждой смотрю не только на предстоящее тридцатилетие, но и на всю жизнь впереди», — призналась Рейнхарт.

Фото: Glamour

Джессика Честейн стала героиней октябрьского номера Porter Magazine. 49-летняя актриса поговорила о съемках хоррора «Чужая мама», женской силе, материнстве, работе продюсером и праве говорить то, что думаешь, даже если это может кому-то не понравиться.

Для фотосессии Честейн примерила образы Valentino Garavani, Anna Sui, Zimmermann и других брендов. Автором съемки стал Коби Арнер, а стилизацией занималась Каролина Оррико.

Для обладательницы «Оскара» хоррор давно не является просто жанром с монстрами и скримерами. Честейн видит в нем пространство, где женские персонажи могут быть сильными, агрессивными и не ждать, пока кто-нибудь придет их спасать.

«Мне нравится пугать людей. Это как моя феминистическая мечта», — призналась актриса.

В новом фильме «Чужая мама» Джессика играет мать, которая пытается защитить свою восьмилетнюю дочь, а также жуткое существо, приобретающее ее вид. По словам звезды, ее заинтересовала сама идея противопоставить материнское беспокойство с темной, почти хищной стороной.

«Самое опасное животное в мире — это мать. В материнской природе есть какая-то невероятная ярость, и мне это очень нравится», — подчеркнула она.

Честейн также не согласна с представлением, что материнство обязательно должно быть только светлым, счастливым и благодарным опытом. Именно поэтому ей было интересно показать в кино его менее комфортную сторону.

«Мне нравится бросать вызов ожиданиям, что женщины должны быть благодарны за все. И это касается также материнства», — объяснила актриса.

Отдельно знаменитость рассказала, что сейчас гораздо более внимательно относится к тому, какой ценой ей дается работа. Опыт продюсера изменил ее подход к выбору проектов: теперь важен не только сценарий, но и условия, в которых придется работать. В частности, Честейн пытается избегать большого количества ночных смен.

По словам актрисы, после ночных съемок ей сложно вернуться в нормальный режим. Поэтому перед новой работой она задает себе простой вопрос: будет ли для нее здоровым опытом участвовать в этом проекте. А также: будет ли она работать с вдохновляющими ее людьми, придется ли ей самой выходить из зоны комфорта и способна ли эта работа бросить вызов обществу.

Продюсерская деятельность дала ей еще больше контроля за тем, какие истории попадают на экран. Одним из примеров стал сериал The Savant, где Честейн сыграла специалиста под прикрытием, противостоящего онлайн-группировкам ненависти.

Премьера проекта была отложена, и актриса публично заявила, что считает это решение ошибочным. Для нее ситуация стала важным напоминанием о том, что благодарность за возможность работать не означает необходимости молчать.

«Я действительно должна публично сказать, что считаю это ошибкой. Я поняла, что быть честной — это нормально. Можно говорить честно, но в то же время дружелюбно и с уважением. Можно оставаться собой и не бояться, что после этого ты никогда больше не получишь работу», — отметила Честейн.

Относительно собственной семьи Джессика остается максимально принципиальной. Личную жизнь она на протяжении всей карьеры держала подальше от публичности и не планирует отказываться от этого.

«Это лучшее решение, которое я когда-либо принимала по индустрии — сохранять этот предел», — подчеркнула актриса.

Параллельно Честейн продолжает учиться. Она получает степень магистра государственного управления в Гарвардской школе Кеннеди, хотя из-за плотного рабочего графика сейчас взяла академический отпуск.

«Я до сих пор чувствую себя вечной ученицей», — призналась она.

Фото: net-a-porter.com

Моника Беллуччи стала героиней обложки октябрьского номера испанского Harper’s Bazaar. В интервью 61-летняя актриса откровенно поговорила о старении, красоте, материнстве, карьере и изменениях, которые приходят с возрастом. По словам Беллуччи, сегодня она воспринимает время не как врага, а как возможность лучше понимать жизнь.

«Настоящей альтернативы нет: либо ты стареешь и принимаешь этот процесс с достоинством, либо умираешь. Если смотреть на это так, я тысячу раз выберу старение. Старение означает, что тебе посчастливилось остаться в живых и что впереди есть будущее», — рассказала актриса.

По мнению Беллуччи, зрелость дарит человеку особую свободу — возможность отстраниться от себя и посмотреть на мир со стороны. «Ты перестаёшь быть просто актрисой и становишься зрителем всего мира», — отметила она.

Во время фотосессии для журнала Беллуччи примерила наряды от Fendi, Gucci, Tom Ford, Matières Fécales, Valentino и Dolce & Gabbana.

Звезда много размышляла на тему возраста и самопринятия. Беллуччи считает, что прожитые годы дают актрисе то, чего невозможно создать только с помощью грима.

«Чтобы придать персонажу с такой внутренней разбитостью тело, вес и правду, необходимо прожить жизнь. Нужно накопить шрамы и опыт», — убеждена Моника.

По словам Беллуччи, с годами меняется не только внешность. Актриса получает возможность замечать и передавать на экране гораздо больше оттенков человеческой жизни.

Поэтому сегодня она не хотела бы повторять свои прежние образы. «Было бы абсурдно, если бы я сейчас пыталась играть те же роли, что в „Малене“, „Необратимости“ или „Страстях Христовых“», — отметила Беллуччи. Зрелость, по её мнению, открывает путь к более сложным героиням и новым актёрским возможностям.

Вместе с этим с годами изменилось и само восприятие красоты. Для Беллуччи она давно не ограничивается внешностью.

«Важно не то, как тебя воспринимают другие, а то, что ты сама чувствуешь внутри», — пояснила знаменитость. Настоящую красоту она связывает с насыщенной жизнью, любовью, друзьями, семьёй и возможностью видеть, как растут дети.

Беллуччи воспитывает двух дочерей — 21-летнюю Деву и 16-летнюю Леони от актёра Венсана Касселя. Моника призналась, что особенно ценит возможность наблюдать, как её девочки взрослеют, самостоятельно принимают решения и строят свою жизнь.

«Видеть, как они растут и улетают, принимая собственные решения, приносит глубокую радость и позволяет занять обогащающую позицию наблюдателя», — рассказала она.

И добавила, что даже обычные вещи с возрастом приобретают для актрисы новое значение. «Просыпаешься утром, и здоровье или возможность насладиться ароматом кофе становятся поводом для благодарности. Но понять это можно только со временем», — подчеркнула Беллуччи.

Говоря о себе в 20 лет, актриса не стала бы давать молодой Монике слишком много советов. Она считает, что юность ценна именно своей открытостью и отсутствием жизненного опыта.

«Ценность молодости заключается в её благословенном невежестве», — призналась Беллуччи.

Сегодня она также не пытается окончательно определить, кем она является. «Мы постоянно находимся в процессе становления. Мы начинаем понимать себя через пройденный путь и принятые решения, но никогда не перестаем учиться», — убеждена звезда.

В то же время Беллуччи говорит и о гордости за свою женственность: «Я горжусь собой и тем, что я женщина, потому что женственность — это сила человечества».

А самым большим личным богатством для себя она считает вовсе не материальные вещи.

«Самая большая роскошь для меня — это любовь вокруг себя», — заключила Беллуччи и добавила, что не испытывает недостатка в чём-то важном: «Нет, у меня есть всё. Жизнь уже дала мне достаточно, и я ей за это благодарна».

Фото: Harper’s Bazaar

Дакота Джонсон стала героиней октябрьской обложки Vogue. В свои 36 лет голливудская звезда откровенно рассказала заговорила о новом этапе в жизни.

После завершения восьмилетних отношений с фронтменом Coldplay Крисом Мартином актриса переехала в новый дом в Лос-Анджелесе, сосредоточилась на работе и своей продюсерской компании и призналась, что теперь хочет немного по-другому расставить приоритеты.

По словам Дакоты, после почти 20 лет постоянных съемок она наконец почувствовала, что пришло время немного сбавить обороты. За этим желанием стоит не только усталость от работы. Актриса впервые открыто заговорила о материнстве и желании создать собственную семью.

«Все сложилось не так, как я представляла. Я действительно хочу детей и не ожидала, что на этом этапе жизни окажусь в такой точке. Но, видимо, у Вселенной свой план. Надеюсь, мне повезет», — поделилась звезда.

В то же время актриса не воспринимает этот период как повод для сожалений: «Все в порядке. Я продолжаю открывать новое в себе и становиться более целостной женщиной».

Несмотря на желание сбавить темп, Джонсон не собирается полностью отказываться от кино. Важным проектом для неё стал фильм Three Incestuous Sisters режиссёра Алисы Рорвахер, где она сыграла вместе с Сиршей Ронан, Джесси Бакли и Джошем О’Коннором.

Съемки проходили на итальянском острове Стромболи. Дакота называет этот опыт «глубоко душевным и творческим» и признается, что именно так всегда представляла себе работу в кино — как безопасное пространство, где артисты обладают полной свободой для экспериментов.

Еще один проект — триллер Verity по роману Коллин Гувер. В фильме она снялась вместе с Энн Хэтэуэй и Джошем Хартнеттом.

Актриса рассказала, что режиссер Майкл Шоуолтер предложил ей необычный, почти театральный стиль игры.

«Это было невероятно весело! Нашими ориентирами и источниками вдохновения стали эротические триллеры. Знаете, из тех, на которые смотришь и думаешь: “Какая глупость!”, но в то же время просто не можешь оторвать взгляд», — вспомнила она.

Отдельно Дакота поговорила о своём публичном образе. За ней давно закрепилась репутация спокойной, немного отстраненной и ироничной в общении с прессой девушки. Актриса объяснила, что подобное поведение — лишь своеобразный защитный панцирь от постоянного пильного внимания..

На самом деле, по её словам, она вовсе не такая равнодушная, как может показаться на первый взгляд.

«Очень сильно переживаю из-за многих вещей. Я бы не сказала, что «крутая». Что это вообще значит? Я просто хочу быть настоящей», — добавила знаменитость.

Фото: vogue.com