Украинский Vogue представил летнее печатное число 2024 года. Обложку нового издания Vogue Ukraine Edition украшает работа 31-летнего фотографа из Ялты Ани Грязной. На фото модель Тиама одета в наряд из фарфора, расписанный керамическими красками и золотом от украинского бренда Gunia Project. Этот образ был создан специально для Vogue Ukraine Showcase — проекта по популяризации отечественной моды и культуры в мире — и представлен международной публике в рамках официального расписания Недели моды в Париже в начале марта. Керамическая одежда Gunia Project символизирует связь времен и является удачной попыткой актуализации нашей идентичности.

«Это образ с вышитым платьем, керамическим жилетом, фартуком, ожерельем и венком ручной работы. Платье из льна вышивалось вручную в течение 12 дней. Керамические элементы полностью созданы вручную с первой и единственной попытки, поскольку мы не имели права на ошибку из-за сжатых сроков подготовки. Четыре мастера расписывали жилет, фартук, бусы и венок в течение двух дней. В росписи и вышивке можно узнать мотивы коллекции «Индиго», а также знаковые элементы GUNIA: кузнечика-свищика, крест, амулет-фигу и голубку», — рассказывают основательницы бренда Наталья Каменская и Мария Гаврилюк.

Летнее издание Vogue Ukraine Edition посвящено вопросам поиска себя и разнообразию женских опытов и архетипов. Работая над числом, редакция пригласила международную команду фотографов и стилистов поделиться своим видением современной женственности. Снятые в Париже, Великобритании и Киеве эти фотоистории рассказывают об автономном взгляде на сексуальность, восприятие себя и новые каноны телесности.

Рядом с ними на страницах журнала истории наших современниц о женском опыте в условиях сложного украинского настоящего. Этой теме посвящен авторский эссе писательницы Ирины Славинской. Певица Джамала в интервью делится, почему решила рожать ребенка в военном Киеве (исторический портрет Vogue был сделан за месяц до появления на свет третьего сына Алима).

Писательница София Андрухович рассказывает о работе над новым романом «Катананхе», посвященным отношениям между мужчинами и женщинами и стереотипным представлениям о женской сексуальности. Дизайнер Лилия Литковская, которая сделала международное имя на умении жонглировать мужскими и женскими сарториальными кодами, рассказывает о профессиональном дебюте в Токио и жизни на два города — Париж и Киев.

Почитая великую фотографическую традицию Vogue, летнее число содержит портфолио, посвященное украинским атлетам. В съемке Яна Васючника собраны портреты отечественных спортивных звезд и дебютантов Олимпиады этого года в Париже. Рядом с саблисткой Ольгой Харлан, борцом Яном Беленюком, гимнастом Олегом Верняевым, дзюдоисткой Дарьей Белодид и теннисисткой Мартой Костюк — новые имена (члены олимпийской сборной Украины по художественной гимнастике, прыгун в воду Алексей Середа, гимнастка Таисия Онофрийчук) и параатлеты: прыгунья в длину Оксана Зубковская, пловцы Денис Остапченко и Даниил Чуфаров, пловчиня Анна Гонтарь.

Вместе с новым выпуском Vogue Ukraine Edition традиционно выходит бьюти-приложение, посвященное теме влияния эмоций на здоровье и красоту и уходу за собой в летний сезон. Шестое число Vogue Ukraine Edition выходит 21 июня и доступно для заказов на
shop.vogue.ua.

Фото: Vogue

Американская актриса Эмма Робертс стала героиней зимнего выпуска Grazia USA. 32-летняя звезда «Американской истории ужасов» позировала в объективе Даниэллы Мидендж, примерив образы от Valentino, Miu Miu, Fendi и Celine.

В интервью изданию Робертс призналась о том, что ее мечта об участии в касте фильма компании Marvel наконец осуществилась. Актриса сыграла в ленте спин-оффа «Человека-паука» под названием «Мадам Паутина», разделив съемочную площадку с Дакотой Джонсон и Сидни Суини.

Знаменитость держала интригу относительно сюжета фильма, не разглашая подробностей, кроме одной – персонаж Эммы в фильме не является супергероем.

Но если бы Робертс могла иметь суперсилу в реальной жизни, она бы останавливала время: «Не прыгать вперед или назад, точно не назад, а просто остановиться и иметь возможность перевести дыхание», – отметила актриса.

Фото: graziamagazine.com

Пару дней назад Анна Винтур написала открытое письмо сотрудникам Vogue, в котором публично извинилась за некорректную политику редакции в отношении темнокожих сотрудников, а также недостаточное внимание к проблемам расизма в издании. После такого поступка пошли слухи об уходе Винтур с поста главного редактора. Однако вслед за заявлениями Анны, CEO Conde Nast Роджер Линч опроверг все разговоры и разрушил любые домыслы об отставке главного редактора. Компания обещает исправиться и работать над проблемами связанными с расизмом, однако это не причина увольнять столь ценного сотрудника.

Главным редактором американского модного глянца Harper’s Bazaar впервые назначена темнокожая женщина. Самира Наср возглавит издание уже в июле. Об этом сообщили представители компании Hearst Corporation, владеющей глянцем. Руководство также опубликовало видео-обращение, в котором новоиспеченная редактор выражает солидарность со всеми протестующими в США и говорит о гордости занимать эту должность в столь непростое для ее страны время. Подобное случилось впервые за все 153 года существования журнала.

View this post on Instagram

Introducing @samiranasr, the new editor-in-chief of @HarpersBAZAARUS. Here, she shares her vision for what’s next for BAZAAR. #regram

A post shared by Hearst (@hearst) on Jun 9, 2020 at 3:03pm PDT

После пандемии мир существенно изменится. В этом уверены как эксперты из разных сфер, так и обычные люди. Вместе с тем, представить, каким он все таки будет, уже попытался итальянский Vogue. Редакторы решили поручить детям, как символу нашего будущего, нарисовать обложку для июньского номера.

«Наш новый мир» — так назвали этот номер редакторы, полностью посветив его подрастающему поколению. Над иллюстрациями трудились восемь молодых авторов от 2 до 10 лет. К слову, юные художники вдохновлялись последними коллекциями Chanel.

Одного из самых влиятельных модных журналистов в мире и правую руку Анны Винтур зовут Андре Леон Телли. Человек, чей опыт работы в индустрии впечатляет. Без лишней скромности, Андре приложил руку ко множеству значимых fashion-событий. За свою 45-летнюю журналистскую карьеру он поднялся от никому неизвестного репортера до человека, определяющего тенденции. Недавно в свет вышли его мемуары, повествующие о закулисье мира моды. Об Анне Винтур, Карле Лагерфельде и будущем модного глянца: приводим самые интересные отрывки из книги, которую уже запоем читает Марк Джейкобс.

О своем детстве

Vogue был моим вдохновением. Все дети вешали на стены бейсбольные карточки, а я – страницы самого модного глянцевого издания в мире… Вспоминать, откуда я пришел и кем в итоге стал, просто удивительно.

Об Энди Уорхоле и работе в Interview

Для него все были равны. На «Фабрике» (студия Энди Уорхола в Нью-Йорке) было негласное правило: если ты был интересным, ты попадал в тусовку. Энди мог пропадать на вечеринках до глубокой ночи, но утром он всегда шел в церковь и благодарил Бога за славу, деньги и мать. Он был весьма наивным. Внутри он был ребенком. Однажды, когда Энди работал над серией картин «Окисление» (картины, написанные мочой), он предложил мне принять участие. Я тут же сказал: «Нет, спасибо Энди». Я представлял, что сказали бы мои родители, узнав об этом. Мочиться ради искусства? У мамы разбилось бы сердце.

О роли креативного директора

Что должен делать креативный директор, мне никто никогда не говорил. Я понимал это так: я всегда должен быть рядом с Анной Винтур и поддерживать ее виденье.

О Карле Лагерфельде

Он был очень важным для Vouge: как для редакции, так и для рекламного отдела. Я отвечал за то, чтобы Карл и Vogue были счастливы. Мне не приходилось организовывать звонки между Анной и Карлом. Вместо этого, когда мы смотрели новые платья, Анна спрашивала, что я думаю, зная, что таким образом узнает мнение Карла.

О первом интервью с Карлом Лагерфельдом

Мы разговаривали о XVIII веке: о стиле, культуре, коврах, женщинах, платьях, о том, как развлекались французы, как они сервировали стол. Карл, кажется, был впечатлен моим желанием учиться и дал мне отличное интервью. Нетрудно представить, насколько уверенным и дерзким может быть молодой редактор журнала Interview. Потом мы все пили чай. Это было так изысканно! Затем Карл шепотом попросил меня пойти с ним в спальню. Я нервно улыбнулся. Когда мы пришли в спальню, Карл открыл шкаф и бросил мне красивые шелковые рубашки со словами: «Возьми их. Они тебе пойдут. Бери-бери, мне надоели эти рубашки». Это были рубашки Hilditch & Key. У них были длинные рукава и красивые пуговицы, как у халатов. Я с радостью принял их.

О первой встрече с Анной Винтур

В 1983-м, спустя два года после моего первого собеседования в Vogue, меня пригласили в офис и расспрашивали об интервью с Карлом Лагерфельдом. «Очевидно, вы умеете разговаривать с дизайнерами, — сказали мне тогда, — попробуем сделать вас редактором модных новостей». Я поблагодарил их и поспешил уйти, пока они не передумали. На выходе, возле лифта, я встретился с Анной. Мне была известна ее репутация. На тот момент ее только назначили креативным директором. Она вежливо улыбнулась мне, но не сказала ни слова. Когда я пришел домой, а жил я всего в двух станциях метро от главного офиса, консьерж передал мне записку: «Добро пожаловать в Vogue. Буду рада совместной работе с вами. Анна Винтур». Быстро она! Тогда я понял, что в Vogue у меня есть союзник. Могучий союзник.

О кризисе глянца

Сейчас, с развитием цифровых технологий, Vogue истекает кровью. Реклама уже не та, что прежде. Изданию нужно придумать, как преобразить себя. Понятия не имею, как это сделать. Но выход должна найти Анна Винтур.

Когда я работал там [в Vogue], на показы в Париже отправляли 22 человека. Редакторов, сотрудников рекламного отдела и, может, одного-двух фотографов. А сейчас единственные, кто останавливается в отеле Ritz [на время показов], это Анна Винтур и коммерческий директор Сьюзен Плэйджменн. Ключевые таланты вроде Тонн Гудман, Грейс Коддингтон, Филлис Позник сами оплачивают билеты в Европу и посещают показы по сокращенному расписанию. Эти женщины достигли определенного возраста и за время своей карьеры привыкли к привилегиям Condé Nast. Так же, как и я. Раньше Грейс Коддингтон останавливалась в Ritz и ездила на лимузине с личным шофером. Сейчас она должна стоять в очереди в аэропорту, чтобы взять такси. В свои 70 с лишним.