Украинский художник Владимир Манжос, известный как муралист Waone Interesni Kazki, оформил витрины нового бутика Hermes, расположенного в Kansai Airport в Осаке (Япония). Совместно с креативной командой бренда художник разработал историю о дуальности: свет и тьму, день и ночь.

Витрина, ориентированная на юг, посвящена дню и свету, а северная – соответственно темному времени суток.

Работа над проектом длилась 14 месяцев.

«Так рад наконец-то поделиться такой отличной новостью. После 14 месяцев совместной работы с командой Hermes этот проект наконец-то воплотился в жизнь!» – написал Владимир Манжос на своей странице в Instagram.

Напомним, ранее Владимира Манжос был участником дуэта «Інтересні Казки». Его работы можно встретить по всему миру – в США, Индии, Франции, Дании, Испании, Марокко и других странах.

В Вене представили выставку украинца Даниила Ковача «Empatia». Экспозиция открылась в рамках ежегодного события Vienna Art Week, объединяющего художников, кураторов и ценителей искусства из разных стран. В этом году Даниил Ковач — единственный представитель украинской художественной сцены на этом фестивале.

По словам Даниила, название выставки «Empatia» означает глубокое, сильное, чувствительное ощущение, близкое к страданию. Эмпатия может рассматриваться как аффективная, эмоциональная форма идентификации. Если при идентификации состояние другого человека определяется на основе рациональной интерпретации, то при эмпатии — на основе эмоционального сопереживания.

«Мой родной брат, который тоже является художником, вступил в ряды ВСУ. Родители тоже в Украине. У меня есть привилегия освещать свои чувства и убеждения. Благодаря моим работам я стараюсь исследовать актуальные социокультурные вопросы, предлагая убедительное понимание сложности нашей ситуации в обществе. Каждое произведение служит свидетельством этого стремления, раскрывая целостный подход, объединяющий теоретические концепции с практическим применением и демонстрирующий разнообразные аспекты визуального выражения», — делится художник.

Выставка «Эмпатия» — это совместная работа исключительного состава режиссеров и кураторов, среди которых Роберт Панкенгофер (художественный директор Vienna Art Week), Рамеш Даха (художник и президент Secession), Клаус Шпайдель (философ, арт-критик и куратор), Верена Каспар- Эйзерт (главный куратор MuseumsQuartier Wien), Тина Зауэрлендер (соучредитель, директор и главный куратор peer to space), Юлия Гартманн (ассоциированный куратор Vienna Art Week), и Наталья Ткаченко (основательница Spilne art).

Это событие реализуется при поддержке платформы Spilne art. Ее цель — предоставить нашим художникам удобную площадку для продажи картин, а ценителям искусства — сайт, где можно познакомиться с современными работами в несколько кликов.

Увидеть работы Даниила Ковача можно по адресу: ROOMING INN, Wiedner Hauptstraße 54, 1040 Wien с 9 по 16 ноября 2023 года.

Фото: пресс-служба художника

Накануне в Украину, которая потопает во мраке из-за регулярных террористических атак со стороны РФ, прибыл всемирно известный художник из Швейцарии Герри Хофштеттер, дабы подарить украинцам надежду и свет в канун Рождества.

Вместе с небольшой командой из четырех человек и собственным электрогенератором Хофштеттер реализовал в сердце Украины проект со световыми инсталляциями. В частности, с 23 по 25 декабря на ряде самых известных зданий Киева появились фантастические проекции с государственными символами Украины, абстракциями на рождественскую тематику, вышиванками, подсолнухами и многими другими яркими и жизнерадостными изображениями.

Световые инсталляции транслировались в прямом эфире, поэтому их можно было увидеть в любом уголке Украины и мира. Изображения отдельных проекций создавались сразу во время освещения на месте в виде NFT и размещались на платформе Opensea NFT. Вырученные средства от продажи работ пойдут на следующую акцию художника для поддержки Украины.

По словам министра культуры Александра Ткаченко, Герри Хофштеттер и его команда сознательно отказались от празднования Рождества со своими семьями в знак солидарности с Украиной.

Фото: @mkip_ukraine

Всемирно известный и самый таинственный британский уличный художник Бэнкси окончательно подтвердил: именно он автор муралов на разрушенных домах Киевщины. Вчера на своей странице в Instagram он показал, как создавал работы в охваченной войной Украине.

Видео сопровождает композиция Владимира Ивасюка «Червона рута» в исполнении двух бандуристок.

В ролике также видно, как команда художника или он сам общается с украинцами, за кадром в этот момент звучит сирена воздушной тревоги.

«Здесь бомба упала и погибли люди. Мой ребенок здесь в садик ходил. Мы уже столько выплакали, что нет слез», – говорит одна из жительниц разрушенного оккупантами города.

«В знак солидарности с народом Украины», – такими словами заканчивается видео.

Напомним, никто до сих пор не знает ни как выглядит художник, ни его настоящего имени.

Фото обложки: @edr4m

Всемирно известный британский уличный художник Бэнкси подтвердил, что создал семь муралов в различных местах Украины, в том числе в Киеве, Ирпене и Бородянке – наиболее пострадавших от российских бомбардировок городах, пишет The Art Newspaper.

Слухи о том, что самый загадочный в мире художник находится в охваченной войной Украине, появились после того, как на прошлой неделе были замечены рисунки, напоминающие работы Бэнкси.

На одной из них изображен ребенок, который побеждает взрослого мужчину в соревнованиях по дзюдо – намёк на путина, который имеет черный пояс в этом виде спорта.

Другая работа изображает двух детей, использующих металлическую ловушку для танков в качестве качелей, а на третьей фреске изображена девочка-гимнастка, балансирующая на руках.

Бэнкси подтвердил эти, а также еще четыре работы.

Среди них женщина в халате с противогазом и огнетушителем в руках, бородатый мужчина, принимающий ванну, художественная гимнастка в шейном бандаже, а также еще одна работа, в которой Бэнкси изобразил мужской половой орган, превратив его в ядерную боеголовку, загруженную в кузов бронированного грузовика.

Бэнкси – самая загадочная фигура в мире искусства XXI века.

Настоящее имя андеграундного художника до сих пор остается загадкой, он сохраняет анонимность и продолжает скрываться от полиции.

Его феномен популярности заключается в том, что он своими работами привлекает внимание к остросоциальным темам.

Фото: @banksy и @edr4m

Накануне в нью-йоркской галерее François Ghebaly состоялось открытие дебютной выставки украинского художника Никиты Кадана, который работает с темами памяти и истории искусства, раскрывая эпизоды, ранее забытые или намеренно стертые из официального нарратива.

Экспозиция получила название Victory over the Sun. Она является отсылкой к одноименной футуристической опере 1913 года и продолжает концептуальную линию художника.

«Это было нагромождение сильнейших форм авангарда того времени, как русского, так и украинского. Сценограф Казимир Малевич и либретист Алексей Крученых были присвоены россией и сделаны этой империей частью своей официальной истории, но родились в Украине. Малевич родом из Киева, а Крученых – из Херсона», – отмечает художник, вспоминая оригинальное произведение.

По сюжету оперы, главные герои хотят уничтожить разум, распоряжаясь временем и захватывая солнце. Кадан задается вопросом: какую же сегодня победу можно одержать для Украины? Какое «солнце» захватить?

Многие работы в этой экспозиции полны того, что художник называет «эсхатологическим оптимизмом».

«Они об ужасных вещах. В то же время я пытаюсь извлечь из этой катастрофы источник энергии», – комментирует автор.

В рамках экспозиции посетители могут поближе познакомиться с несколькими сериями работ украинского художника. Среди них – «Прыжок тигра». Это реконструкция копий, сделанных восставшими рабочими машиностроительного завода в Горловке в Донбассе во время вооруженного восстания 1905 года. Свое название работа получила от концепции Вальтера Бенджамина – идеи о том, что любая подлинная революция является не только скачком в будущее, но и «прыжком тигра в прошлое».

Следующая – «Выставка», которая состоит из обломков расплавленного стекла, взятых художником из окон сгоревшей школы в Станице Луганской области, временно оккупированной РФ.

Отдельного внимания заслуживает неоновая работа «Частное солнце», имеющая решетчатый дизайн, который широко распространен в постсоциалистической городской среде современной Украины.

В центральной комнате галереи выставлены рисунки углем, которые художник создал в начале российского вторжения. На одном из них изображен черный полиэтиленовый пакет, являющийся «символом обесценивания человеческих жизней во время войны» – тела буквально кладут в мусорные мешки.

Увидеть экспозицию можно до 30 ноября.

Музей искусств в Лодзи (Польша) представил работы украинского художника, лауреата Шевченковской премии по визуальному искусству Никиты Кадана. Экспозиция получила название «И огонь, и пепел», где «пепел» является олицетворением меланхолии художника как важного элемента для восприятия истории, а «огонь» – как решительность к переменам, солидарность и определенность в своей позиции.

Представленные работы рассказывают об истории украинского искусства, в частности, о культурных связях Украины с россией, которые окончательно оборвала военная агрессия страны-террориста.

Выставка включает как уже знакомые работы Кадана – «Ревизионистский синдром», созданный в Ивано-Франковске в прошлом году, – так и новые.

В историческом зале Kabinett der Abstrakten можно увидеть макет памятника голове Земного шара. Это образ из поэзии Велимира Хлебникова, жившего в советском Харькове. Эскиз создал украинский авангардист Василий Ермилов. Рядом находится VR-инсталляция с этим памятником, помещенная в уничтоженный российской ракетой дворик Дома труда в Харькове.

«Памятник голове Земного шара – это произведение украинского искусства, перемещенное в «слепое пятно» культурного опыта, деактивированного полномасштабной войной. Это памятник русскому поэту-футуристу Велимиру Хлебникову, воссозданный по эскизу украинского художника-конструктивиста Василия Ермилова. Работа говорит о том изменении исторической оптики, после которой универсализм начинает считываться как империализм. Российские ракеты, неоднократно попавшие в Харьков этой весной, создали место неразличия в истории искусства», – комментирует Никита Кадан.

Сотрудники музея в Лодзи и первые посетители говорят, что выставка получилась грустной и сдержанной. Увидеть работы можно до 12 марта следующего года.

Украинский художник и коллажист Алексей Кондаков создал серию арт-работ для Balmain, которые были использованы в качестве промо для нового показа французского бренда, прошедшего в рамках Недели моды в Париже.

В частности, художник поместил героев классических произведений искусства в интерьер ателье бренда и парижского стадиона «Жан-Буэн», где проходило модное шоу под руководством креативного директора Оливье Рустена.

В основе работ Алексея Кондакова – картины французских художников Уильяма-Адольфа Бугро и Жана-Батиста Фредерика Демаре, швейцарца Жана Этьена Лиотара, а также итальянца Паоло Веронезе.

Стилистика работ художника визуально напоминает часть изделий из новой коллекции Balmain SS’23. Так, например, во время показа среди моделей, вышагивающих по подиуму, можно было увидеть известную американскую модель plus-size Эшли Грэм. На ней было платье, украшенное принтами картин вышеперечисленных художников.

«Сотрудничеством с Balmain остался очень доволен, все прошло налегке. Вообще не было проблем, команда профессиональная, мы подолгу ни на каком этапе не задерживались. В общей сложности на коммуникацию и работу ушло около месяца. Если не учитывать время летних отпусков в Европе. Мы согласовали сюжеты, я подобрал произведения искусства, дал рекомендации по съемкам», – прокомментировал Кондаков для одного из украинских изданий.

К слову, это не первый fashion-опыт Алексея. Ранее он создал принты для коллекции SS’22 немецкого бренда HUGO.

Винницкий пейзажист, народный художник Украины Владимир Козюк выложил в свободный доступ редкие открытки с украинскими пейзажами XIX – начала XX века. На большинстве из них изображены хаты-мазанки с соломенной крышей в окружении деревьев. Открытки может использовать любой желающий, как отмечает сам Владимир Козюк, «собирал не для себя, а для украинского народа».

«Здесь редкие исторические открытки. Хочется, чтобы люди использовали этот материал, потому прошу поделиться альбомом. Украинские открытки коллекционирую с 1992 года. Одной из самых любимых тем для меня виды Украины, украинских сел и домов под соломенной крышей! Да, именно тех домов, поисками которых занялся позже лично. Возможно, эти изображения вдохновили исследовать мою любимую тему, трудно сказать, но в двадцать лет я четко осознал, что эти открытки являются историей и достоянием нашего государства!» – подчеркнул Владимир Козюк.

Сам Владимир Козюк известен в первую очередь как пейзажист, хотя раньше тематика картин его была разной. Писать их он учился сам – читая литературу и консультируясь с народными художниками. В 2016 году Владимир установил рекорд Украины, создав 10 пейзажей за 45 минут. Его работы есть в частных коллекциях многих политиков и артистов – Виктора Ющенко, Леонида Кучмы, Петра Порошенко, Нины Матвиенко, Богдана Бенюка, Натальи Сумской, Владимира Гройсмана и других.

По сегодняшний день дома местных находятся под огнем российской армии, сам же Юрий, на момент выхода этого материала, спустя 72 дня в оккупации, вместе с сыном наконец-то смог выехать в Харьков к своей жене и теперь находится в относительной безопасности. В студии художника в Черкасских Тишках осталась большая часть его картин, некоторые из них соседям удалось вынести, однако их дальнейшая судьба остается под вопросом. 

Как они выживали под не прекращающимся огнем, при отсутствии связи и продуктов, как, рискуя жизнью, он передавал информацию о расположении российских войск ЗСУ и как война отразилась на его творчестве – своей личной историей Юрий поделился с INSIDER.UA.

Все началось утром, в районе 4–5 часов. Началось со страшного грохота, земля и дом буквально двигались, а со стороны Белгорода все сверкало. Свет исчез сразу. Село наше находится в приграничной зоне, все соседи выбежали на улицу, сразу стало понятно: война. Что делать дальше, было неясно. На тот момент еще был интернет и в соцсетях уже появилось видео, как путин объявляет так называемую «спецоперацию». Звучало мнение, что он якобы ограничится Луганской и Донецкой областями и сюда войска не войдут – в это попросту никто не верил.

Но очень быстро, буквально в течение нескольких часов вражеская техника уже проехала по улицам нашего села и в районе окружной дороги начался бой. Видео сразу попало в телеграмм-каналы, все жители стояли на улицах, некоторые сразу собрались и куда-то поехали. Моя жена в это время была в Харькове, я сразу ей позвонил, но выехать к ней не успел, оставалось наблюдать за происходящим и с каждым днем было все непонятнее, лично мне – зачем? Причины всего этого. Мне казалось, здравый рассудок это объяснить не может, все было как в ужасном сне.

Уже на следующий день появилось очень много солдат и техники, они были буквально повсюду. Всем велели не выходить из домов, потому как «через два-три дня все это закончится». Я немало читал о различных войнах и не понимал, как можно город такого масштаба взять за три дня? Все было как в плохом боевике, впоследствии время показало, насколько ошиблись россияне и их правительство.

Я сознательно пошел на риск и отправил нашим геолокацию расположения российских войск и техники.

На третий день исчезла мобильная связь и интернет, но я нашел точку, где он худо-бедно ловил и смог читать информацию из телеграмм-каналов вроде «Трухи». Эта возможность связи впоследствии позволила немного помочь в борьбе с оккупантами – я сознательно пошел на риск и отправил нашим геолокацию расположения российских войск и техники, впоследствии по ним нанесли точные удары. Наводчика искали по всему селу, благо лично я подозрений не вызвал.

Первый месяц было очень холодно, шел снег. Газ был, но газовые котлы, зависимые от электричества, не работали. Мы спали на полу в кухне и все 72 дня – в одежде, на тот случай, если прилетит снаряд и нужно будет быстро выбежать. Подвала в доме у нас нет, так же, как у большинства соседей – все, кто остался, жили примерно в тех же условиях.

В начале второго месяца оккупации, видимо, в результате обстрелов, повредили газовую трубу и все в селе готовили на костре. Происходящее все больше напоминало усложняющийся многоуровневый квест по выживанию.

Выехать можно было только в сторону россии, в сторону Украины не выпускали. С первых дней оккупанты расположили массу своей техники повсюду: на хоздворах, полях, промышленных объектах, вроде завода по заморозке продуктов или мясного цеха. Они постоянно вели огонь в сторону Харькова, из всего, что только можно представить. Постоянный грохот, дом словно плавает в пространстве. Темные, страшные, холодные ночи, не прекращающаяся стрельба… Это было жутко.

Позже, когда Украина начала стрелять в ответ и появилось понимание, что наши попадают, стало как-то легче на душе. Все на улице четко различали, когда стреляла украинская сторона, вслушивались, куда «прилетает».

С провизией, в связи с тем, что в современном мире никому в голову не могло прийти, что на нас нападут, никто не делал особых запасов, даже минимальных, что сразу сказалось на питании. Если в первые несколько дней все как-то держались, потом стало уже откровенно тяжко.

Через какое-то время появилась первая жертва среди мирного населения… Смерть, которую до конца осознать не мог никто. Люди инстинктивно собирались в группы и стояли весь день на улице, вслушиваясь в происходящее и так до сумерек, после чего все с ужасом расходились по домам в полной тьме. Смерти и ранения односельчан стали почти ежедневными, погиб мой одноклассник – его разорвало, части его тела везли на кладбище в тачке.. Некоторых вынужденно похоронили на огороде, так как на тот момент кладбище было уже заминировано. К сожалению, были ранения и у детей, дети гибли…

Для понимания нашей тогдашней реальности – пятиминутная зарисовка из жизни: выхожу на улицу, напротив соседи сидят на лавочке, иду к ним, и тут – взрыв позади соседского дома, клубы выше крыш, земля уходит из-под ног. Соседи пригибаются и вжимаются в забор, а я падаю на землю и, падая, вижу, словно в замедленных съемках, как летят осколки, некоторые – очень крупные. Все посыпалось, но все живы, снаряд прилетел в огород к соседу, куда мы выходили буквально за 30 минут до этого – посмотреть, как он красиво посадил картошку…

Первые недели две я вообще не думал ни о живописи, ни о чем подобном. Интенсивность обстрелов и понятие о том, что надо выжить – вот что было на уме, а внутри четко сидело осознание, что Украина победит. Это я говорил всем на улице и просил не отчаиваться, так как хуже отчаяния и паники нет ничего. Еще больше убедился в том, что они потерпят поражение, когда через неделю оккупанты включили громкоговоритель на здании школы и понеслась какая-то жуткая музыка и речь о том, что «мы братья» и разная чушь в подобном роде. Все это вызывало ощущение, будто нас захватили фашисты и пытаются что-то пропагандировать, что мы в концлагере.

Жителям нужно было ходить с белыми повязками на руке, иначе могли открыть огонь на поражение. Во многих направлениях проезд был закрыт, множество людей даже не могли попасть домой, так как в их жилищах заселились российские солдаты. В основном это были дома вдоль трассы и дворы, где стояла техника. Зима, холод, обстрелы и общее состояние разрушения – все это напоминало какой-то армагеддон.

Все это вызывало ощущение, будто нас захватили фашисты и пытаются что-то пропагандировать, что мы в концлагере.

Были неоднократные зачистки. Заключались они в том, что группа солдат, в черном и на трех «тиграх», проезжали по улице и заходили в каждый дом. Если дом был пуст и люди выехали, они взламывали замки и заходили внутрь. Искали патриотов, националистов и «атошников». Мужчин заставляли раздеваться догола, выискивали наколки, как я понимаю, связанные с армейской тематикой. Все это было, как минимум, унизительно, тем более, мы уже знали, что они много кого забирали в штаб и там избивали. Также запрещалось носить телефоны, у многих их просто отобрали, у других – разбили и вытащили симкарты.

Уже дней через десять началось мародерство. У оккупантов, как понимаю, была регулярная ротация и они тянули из домов людей все, что им хотелось: и телевизоры, и инструменты, и другие вещи. Грузили все на военную технику и вывозили. Автомобили, какие им понравились, тоже забрали у населения и вывезли. Те, что не смогли завести – просто разбили и сделали непригодными. В домах, где не проживали люди – просто полнейшее свинство и грабеж в наихудшем виде. Все это сразу давало мне понимание, что ни о какой победе им не мечтать.

Война со многих сняла маски. Были мародеры и среди «своих». Были и люди, открыто поддерживающие оккупантов, многих я знаю и не понимаю их поступков и действий, зачастую они вели себя хуже российских солдат. Естественно, несмотря на ежедневную опасность, осколки, взрывы – хотелось писать картины. Я погружаюсь в это состояние – это всегда была моя отдушина и способ изолироваться от внешнего мира. Сначала хотелось написать именно об этих ночных всполохах, грохоте, страхе. Потом – про боль и неизвестность перед лицом будущего.

Война со многих сняла маски. Были мародеры и среди «своих». Были и люди, открыто поддерживающие оккупантов.

Кстати, мы все время слушали радио – там, как и раньше, часто звучал гимн Украины, но теперь мы, как никогда, слушали его с гордостью и слезами.

Дней через 20 нашу улицу накрыло кассетными снарядами, обошлось без жертв, но с массовыми разрушениями. Сгорел дом и машины на нашей улице, люди чудом уцелели, одна кассета влетела прямо в крышу помещения, где я храню свои картины. Заряд разорвался в потолочном пространстве, осколки прошили большинство картин и домик в целом. Это было больно, как будто попали в меня… И одновременно страшно от того, что прилететь может куда угодно.

Впоследствии вокруг было много прилетов и разрушений, осколков. Лишь чудом мы и наши соседи остались живы, и животные, кстати, тоже – у нас и у соседей и кошки, и собаки.

Все это время, как я думаю, меня спасала вера в победу Украины и любовь к моей жене – я ее люблю всем естеством и без нее не представляю своей жизни, – а также любовью отца к сыну. Я верил, что мы обязательно выживем! Каждое утро и вечер я молился Богу, просил его защитить нас и всех родных, и всех, кого знаю… Очень просил и верил в это и в свою любовь – как мне кажется, она сильнее всех чувств на свете.

К сожалению, я не делал запасов красок, их было немного, но две картины я написал. Одна – как отражение эмоций от происходящего: каждодневное гнетущее ожидание вечера, закат и страшные ночи, холод и неизвестность. Мотив второй был навеян тем, как я в дни войны смотрел на нашу улицу: иссиня-голубое небо и рыже-желтый забор, напоминающие флаг Украины, дома, как призраки, некоторые – без людей, опустевшие, а еще – рябина на улице с красными, как кровь, ягодами…

Картину с цветами украинского флага я поставил среди других полотен и каждый день это было странное ощущение: ведь были обыски, мало ли что у НИХ в голове. Но я понимал: то, что я делаю – правильно.

Что я могу сказать после этих 72 дней. Изменился ли я как человек? Как художник? Как гражданин Украины? На все эти вопросы мой ответ «да», однозначно. Это к лучшему или к худшему, я не знаю, но много что во мне не будет прежним. Одно знаю точно: мы выжили, потому что держались вместе, всей улицей, потому что была вера, очень сильная вера в себя, Бога, любовь и ЗСУ. А также надежда, что когда это закончится – однозначно закончится победой Украины. Чтобы мы все сделали выводы, и, объединившись, восстановили страну, и без пафоса, без воровства сделали из Украины процветающее государство. Мы свою громаду будем восстанавливать и приложим все усилия для этого, потому как сейчас именно единство людей нашей страны и есть та сила, которая остановит этот мерзкий кошмар и ужас, наследие коммунистической утопии, олицетворением которой является россия.

Мы выжили, потому что держались вместе, всей улицей, потому что была вера, очень сильная вера в себя, Бога, любовь и ЗСУ.

Я только три дня как выехал в Харьков, в Тишках еще идут бои. Картины пока не смог вывезти, надеюсь, скоро оккупантов оттеснят к границе, можно будет вернуться, вывезти полотна и приняться за новые с позитивным настроением. Средства от продажи своих работ я планирую адресно направить на восстановление и процветание нашей Циркуновско-Тишковской громады. Все вместе мы сможем это сделать, ведь смогли же всей улицей продержаться 72 дня в непростых условиях оккупации!